Авторы работы, опубликованной в "Этнографическом обозрении", цитируют полевые записи этнографа Сергея Балдаева, относящиеся к 1913-1916 годам, когда он работал учителем в Таловском инородческом училище. В них он описывает непростой уклад жизни местного населения: "Для скотоводства и земледелия у них нет места. Территория их находилась между озером Байкалом и Ольхонскими горами. Стесненные морем и горами буряты занимались рыболовством".
Мужчины нанимались к иркутским рыбопромышленникам и уходили на сезонные заработки с мая по октябрь. Старики, женщины и дети оставались дома. Рыболовство стало и кормильцем, и частью культурной идентичности общины.
Обряд, который проводили дважды в год - весной для удачи и осенью в благодарность, - имел четкую структуру шаманского ритуала. Рыбаки обращались к хозяину Байкала Дайр Сагаан Ноену и его супруге Даланта Сагаан хатан с просьбами: "В море, когда отправляемся, жирным уловом наделите!" Рыбаки верили, что после призыва хозяин озера приходит на место жертвоприношения.
Особое место в тексте занимает поминовение жертв двух крупных бедствий на Байкале - Цаганского землетрясения 1862 года и кораблекрушения у Ольхона в 1901 году. В молитвах вспоминаются утонувшие паромщики и баржевики, а также ветры Сарма и Баргузин, которые приносили шторм.
Авторы исследования, Саяна Бухоголова и Баир Тушинов, отмечают, что включение в ритуал кропления погибшим - важный показатель: через этот прием рыбаки поминали умерших и умиротворяли духов озера. Таким образом, можно провести параллель между христианскими и шаманскими традициями: одинаково проявляется уважение к усопшим через обряды поминовения.
После ритуальной части начинался большой народный праздник: забивали баранов и устраивали пир. Как записал Балдаев, "на другой день гуляют все улусы, рыбаков сажают на почетное место, угощают их, подают им присутствующие круговые чашки… Заработавшие хорошие деньги щеголяют деньгами: рвут тройки или рублевые кредитки, завертывают папироски и курят". Это показывает, что обряд был и общественным событием, и возможностью продемонстрировать статус и успехи.
Эта работа важна не только для этнографии: архивный документ показывает, как повседневный промысел, вера и память о трагедиях переплетались в жизни прибрежных поселений Байкала и как менялись культурные практики региона в XIX-XX веках.
Озеро Байкал на фотографиях Константина Кокошкина