Курт фон Остеррайх был арестован 27 сентября 1945 года управлением контрразведки "Смерш" Северной группы войск. Точное место задержания в открытых источниках не указывается, но вероятнее всего, его взяли на территории Данцига.
До лета 1942 года Остеррайх — начальник отдела по делам военнопленных Данцигского военного округа. Летом 1942 года командирован на Украину, где занял должность начальника отдела по делам военнопленных при штабе армейской группы "Б".
В отставку вышел в июле 1943 года, получив звание генерал‑лейтенанта.
В постановлении об аресте указывалось, что в период деятельности Остеррайха в качестве начальника отдела военнопленных в XX военном округе (с 1941 по 1943 гг.) в результате невыносимых условий существования, истощения и болезней погибло не менее 6000 русских военнопленных, а около 400 пленных были застрелены "при попытке к бегству".
На допросе 25 октября 1945 года К. фон Остеррайх дал показания о приказе, полученном на совещании в Берлине весной 1942 года, который предписывал, как обходиться с "нежизнеспособными" военнопленными:
"Этот вопрос был поднят на совещании начальников отделов военнопленных, состоявшемся весной 1942 года в городе Берлин, и представитель OKW (ОКВ, Верховное командование вермахта - сост.) - штаба Главного командования вооруженных сил Германии, генерал-майор [Ганс] фон Гревенитц дал нам указания уничтожать т.н. "нежизнеспособных" военнопленных путем впрыскивания яда".
Вернувшись из Германии, генерал передал подчиненным это указание, оставив им право выбирать людей для такого уничтожения. Ему лишь докладывали общее количество "ликвидированных".
Таким образом в лагере в районе станции Чир было отравлено ядом 30-40 человек, а в Дулаге - 125; в Миллерово за 8 дней были расстреляны 300 пленных как "нежизнеспособные".
На другом допросе, 21 декабря 1945 года, Остеррайх рассказал, что еще до нападения на Советский Союз руководство вермахта уже давало указания, как будет обходиться с советскими военнопленными:
"Приблизительно в марте 1941 года, еще до открытия военных действий на восточном фронте, я был вызван в Берлин, где в ставке верховного командования состоялось секретное совещание, на котором я получил приказ организовать лагеря для русских военнопленных и расстреливать их без всякого предупреждения при попытке к побегу".
Руководил совещанием начальник одного из управлений в ставке, генерал-лейтенант Герман Райнеке, в ведении которого тогда находился отдел по делам военнопленных.
Он под большим секретом сообщил собравшимся, что ориентировочно в начале лета 1941 года Германия вторгнется на территорию Советского Союза. Поэтому в кратчайшие сроки предстоит провести мероприятия по организации лагерей, но если не удастся создать лагеря с крытыми бараками, то следует устроить лагеря для содержания русских военнопленных на земле под открытым небом, огороженные только колючей проволокой.
Далее Райнеке дал установку расстреливать русских военнопленных без всякого предупреждения при попытке к побегу.
На вопрос, как было организовано питание и содержание в лагерях для советских военнопленных, Остеррайх вспоминал:
"Согласно приказу ставки верховного германского командования, русским военнопленным выдавалось в сутки 100-150 грамм хлеба из различных смесей и 1-1,5 литра водянистого супа, приготовленного из картофельной шелухи, который военнопленные называли "черный суп"".
На вопрос следователя о количестве погибших советских военнопленных в лагерях ХХ Военного округа К. фон Остеррайх ответил:
"С осени 1941 г., когда начали поступать первые русские пленные и до середины 1943 г., когда я ушел в отставку, только в "Шталаге ХХ‑С", насколько я могу припомнить из донесений, поступавших ко мне, умерли до 6000 русских пленных".
Подавляющее большинство из них умерло от истощения и заразных болезней (дизентерия, тиф и другие). Многие из умерших были похоронены в общих могилах без указания фамилий и имен погребённых, а лишь их лагерных номеров.
Рассказал он и о массовых расстрелах при попытках к бегству: с 1942 по 1943 год было застрелено таким образом около 300-400 русских пленных. Приказ о стрельбе без предупреждения при попытке к бегству действовал лишь по отношению к русским пленным. По отношению же к пленным других стран был отдан приказ - стрелять лишь после троекратного оклика: "Стой", что соответствовало положениям Женевской конвенции об обращении с военнопленными.
Остеррайх рассказал и о том, что условия нахождения советских военнопленных в лагерях и отношение к ним со стороны охраны отличались в худшую сторону от режима содержания военнопленных других национальностей: нормы питания для русских пленных были установлены более низкие, чем для пленных англичан и французов.
Особенно велика была цифра смертности в районе города Острогожска. Пленных держали в окопах и ямах. От истощения и развития тяжелых желудочных и инфекционных заболеваний ежедневно умирало 20-50 человек.
В начале 1942 года при следовании эшелона с русскими военнопленными с Украины в Торн умерло приблизительно 75 человек, трупы которых не убирались и лежали в вагоне вместе с живыми людьми.
"В этих вагонах стоял зловонный трупный запах. Около 100 человек, возмущенных таким положением, при попытке к бегству были расстреляны", - вспоминал генерал.
Курт фон Остеррайх не дожил до приговора. Следствие было прекращено в связи с его смертью 24 октября 1949 года от инфаркта в санчасти Лефортовской тюрьмы.
Освобождение нацистского концентрационного лагеря Майданек