Как бы ни относиться к духовным исканиям и "парарелигиозным" построениям Рериха и его супруги, Елены Ивановны, нельзя не признать, что художник и мыслитель создал свой неповторимый и узнаваемый стиль, свой эстетический космос, в котором одно из ключевых мест принадлежит образу Сергия Радонежского. Знаток и любитель древнерусского искусства, Рерих ни в коей мере не делал попыток его имитировать; все его произведения, включая выполненные для Церкви, создавались с фантазией, которая порой шла вразрез с каноном. Используя формальные принципы церковной живописи, Рерих давал волю своему художественному чувству и воображению.
Одна из первых работ, посвящённых Радонежскому подвижнику, "Сергий-строитель", написана в 1925 году; она репродуцировалась в открытке и рассылалась Рерихом многочисленным сочувствующим его идеям объединения мира под Знаменем культуры. Как некую иллюстрацию описанного в Житии Сергия созидательного подвига можно рассматривать эту картину, где на фоне зимнего сурового пейзажа помещена небольшая фигурка Преподобного, строящего часовню, а рядом - "наблюдающий" за его работой медведь.
К образу Сергия Рерих вновь обратился в картине "Святой Сергий" в 1932 году. Эта и другие картины Николая Константиновича поступили в Третьяковскую галерею в 1949 году из собрания Русского Культурно-исторического музея в Праге. Идея В. Ф. Булгакова создать в эмиграции музей русского искусства была горячо поддержана художником, он передал музею для экспонирования двенадцать своих работ и три картины своего сына Святослава Рериха, среди которых был исполненный сыном "Портрет отца".
"И иностранцы, и русские в восхищении от Ваших картин, - писал Булгаков Рериху. - Особенно поражает преподобный Сергий: внешней выразительностью, глубоким внутренним смыслом, смелостью сочетания красок, остающегося в то же время нежным и гармоничным (так как это "доступно только Рериху")"1. По словам самого художника, парной картиной к "Святому Сергию" стал образ Франциска Ассизского. "Св. Сергий" - левое крыло диптиха для цветного стекла, правое крыло - "Франциск"2. Сведений о том, что такой витраж был изготовлен, не существует, но специфика замысла накладывает отпечаток на композиционный и живописный строй картины, выполненной насыщенными и яркими локальными цветами.
В картине "Святой Сергий" художник, безусловно, использовал элементы иконографии преподобного, но придал им замысловатую форму, изменил и дополнил новым содержанием, переставил акценты. На картине Сергий изображен на невысоком пригорке, перед своим монастырём; у стен его видны копья, знамёна и шлемы воинов. В руках преподобного на плате одноглавый трехнефный храм с шлемовидным куполом - стилизованное изображение Троицкого собора Троице-Сергиевой лавры. За пригорком, справа от преподобного - образ Спаса Нерукотворного: не икона и не хоругвь, а как будто картина в деревянной раме, часть изображения которой срезана. Сама лавра показана схематично на фоне фантазийного пейзажа с холмами и горами. Фигура Сергия смещена вправо относительно центра; строго же в центре у верхнего края на облаке изображено Всевидящее око. Текст в нижней части картины, исполненный архаизированным славянским шрифтом, гласит: "Дано преподобному Сергию трижды спасти Землю Русскую. Первое при князе Дмитрии. Второе при Минине. Третье…"
Смысл надписи легко прочитывается. Преподобный Сергий объединил Россию в XIV веке; его заступничеством и молитвой Россия была спасена от интервенции поляков в XVII столетии. В XX веке Рерих обращается к преподобному, связывая с ним надежды на спасение России. Особенно актуальной эта картина стала после окончания Второй мировой войны. Рерих оказался своего рода провидцем. "Помните, Вы мудро прикрыли надпись на картине "Св. Сергий", - пишет Рерих Булгакову, - не сказать же тогда, что дано спасти от немцев. А до Сергиевой Лавры и не дошли враги, а ведь у порога были"3.
Чтобы лучше понять замысел автора, стоит взглянуть на эскиз. На нём мы видим огибающее холм войско Дмитрия Донского со стягом с изображением Нерукотворного Спаса. На самой картине от войска остаются только шлемы и копья, а Спас превращается в образ, занимающий весь нижний угол картины.
Картина, тепло встреченная Булгаковым в Праге, где для произведений Рериха выделили в экспозиции целый зал, неоднократно подвергалась критике. Так, задетый за живое, Рерих в письме к Булгакову из Харбина упоминает: "Между прочим, имейте в виду, что японский наёмник мракобес Васька Иванов считает именно эту картину безбожной, ввиду того, что наверху изображено Всевидящее око. Мракобесы до крайности невежественны, и не хотят знать, что даже в древнейших фресках это изображение неоднократно может быть найдено"4.
На плате, прикрывающем на картине руки святого, изображена эмблема, использованная Рерихом как символ Пакта Культуры. Она заимствована из древнерусского искусства, но в трактовке Рериха получает развитие и наполняется не свойственным ей смыслом. "Скажите всем невеждам, пытающимся подставить какие-то свои своекорыстные или злонамеренные объяснения, о смысле этого Изображения. Что может быть древнее и подлиннее византийской концепции, уходящей в глубину веков к первому обобщённому Христианству и так прекрасно претворённой в иконе Рублёва "Святая Живоначальная Троица"… Именно этот символ... подсказал мне наш знак"5.
Стоит отметить, что в образе святого на картине Рериха Сергию приданы черты какого-то китайского мудреца. Мы видим монголоидные прикрытые глаза, лицо напоминает бесстрастную маску. Отказываясь от канонического изображения преподобного Сергия, художник не пытается (как это делал, например, М. В. Нестеров) вообразить себе, каким мог бы быть преподобный в отрочестве, юности и зрелости. Рерих не отталкивался от натуры, ища среди своих современников необходимый ему тип. У художника в этом не было необходимости: он использует элементы канона, но вкладывает в образ тот смысл, который хочет.
В то время, когда была написана эта картина, Рерих уже много лет жил в Индии - в 1928 году он поселился в долине Кулу у подножия Гималаев. Его письма, публицистика, жизнь, свидетельствуют, что Рерих лишь формально причислял себя к православию. Семья и последователи мастера особо почитали преподобного Сергия - но не надо забывать, что Рерих и его жена были создателями синкретического учения - "Агни Йоги", или "Живой Этики". Не отказываясь от христианства, Рерих пытался соединить и объединить все религии; ищет в различных учениях и культах схожие черты, считая факт их существования подтверждением его теорий. Некая доля лукавства, заключённая в его позиции, позволяла ему обвинять противников в некультурности и невежестве.
Сравним два текста. В Пекине, в 1934 году, Рерих писал вроде бы во вполне православно-патриотическом стиле: "Высокий Воспитатель русского народного духа, Истинный Подвижник Православия, Воевода за правду и строительство Преподобный Сергий Радонежский является крепким прибежищем русского народа во все трудные годины земли русской. Жизнеописания Преподобного Сергия говорят о многих знаменательных чудесах Преподобного, и чудеса эти просияли не только при жизни Подвижника, но и после отхода Его в течение всех веков и до сего дня. Знак Преподобного является тем Воеводским стягом, к которому сходятся все, в ком бьётся русское сердце, в ком не закоснела горячая любовь к Родине"6.
Но ещё раньше, в 1925 году, в путевом дневнике "Алтай - Гималаи" (глава IV "Ладак") Рерих записывает следующие теософские сентенции: "В борении и явлении истины, на колесницах времени встают законоположенники общего блага: неутомимый водитель Моисей; суровый Амос; Лев-Победитель - Будда; справедливость жизни - Конфуций; огненный поэт Солнца - Зороастр; преображённый, отражённый "тенями" - Платон; великий в жертве бессмертия - Благий Исса; толкователь мудрости, одинокий Ориген; великий общинник и подвижник Сергий. Все ходившие неутомимо; все подлежавшие современному преследованию; все знавшие, что учение общего блага придёт непреложно; все знавшие, что каждая жертва общему благу есть лишь приближение путей". Так православный подвижник оказывается в одной "цепочке" с языческими учителями, библейскими пророками и самим Христом…
В свете всего этого сопоставление Сергия с Франциском вполне закономерно. Сведение вместе этих двух святых православной и католической церквей, относительно близких по времени, было типично как для идей Рериха, так и для рубежа XIX-XX веков в целом. Борис Зайцев в своём пересказе жития преподобного Сергия неоднократно упоминал св. Франциска. Две столь мощные фигуры святых, каждый из которых необыкновенно важен для своей Церкви, не могли не привлечь внимания Рериха. Для художника не имели значения разделения между святыми православной и католической церквей, а скорее важна была сила конкретной личности7.
В письмах художника неоднократно упоминается о его желании построить часовню во имя преп. Сергия недалеко от того места, где жила его семья. Так о. Георгию Спасскому он писал: "Вам будет значительно узнать, что нами уже избрано место в деодаровом лесу на Гималаях, где будет стоять первая часовня Имени Св. Сергия. Драгоценно чувствовать, как имя Преподобного подобно недрёманной страже восстаёт на вершинах Бытия..."8
В собрании Третьяковской галереи находятся две картины 1931 года: "Свято-Сергиева часовня на путях в Гималаи" и "Храм во имя св. преподобного Сергия в Америке". Несколько подобных работ есть и в других собраниях; они воплощают так и не осуществлённые замыслы художника. Это лишь эскизы, мечты о храме и часовне. Реально построена была лишь часовня в Америке, в деревне Чураевке под Нью-Йорком. Своим обликом она напоминает часовню на картине из собрания Третьяковской галереи.
Выставка "Рерих" в Третьяковской галерееЕсли в "Сергии-строителе" Рерих обращается к житию Преподобного, который изображён в "делах и трудах", то картина "Святой Сергий" - это манифест, знамя, но никак не обращение к реальному образу. "Святой Сергий - Строитель Русской Духовной Культуры" - так начиналось слово Рериха на освящении Сергиевской часовни в Чураевке.
Изданная в Риге в 1934 году книга "Знамя Преподобного Сергия" объединила в себе несколько текстов: В. О. Ключевского, Н. К. Рериха и Е. И. Рерих (под псевдонимом Наталья Яровая). Елена Ивановна пересказала житие святого, употребляя ряд терминов, которые имеют большое значение в её теософской системе, тем самым подспудно связывая свои идеи с именем преподобного9.
В последних строках статьи Рерих читаем: "…В дни неслыханных озлоблений и всякого надругания и кощунства, когда высшей культуре духа, а следовательно, и эволюции всего человечества, грозит гибель… душа народов тоскует о Вожде Светлого Будущего". К преп. Сергию она обращается не с верой и молитвой. По её мнению, он, "Осиянный Светом Несказуемым, невидимо Видимый, на ступеньках великой Лестницы Иерархии Света", готов в указанный час "устремить легионы Светлых Сил" и благословить нового "Вождя земного" на новый подвиг. Можно предположить, что именно такой фигурой, таким вождём считала она своего мужа. Недаром его не раз, на первый взгляд, несправедливо обвиняли в том, что он считает себя "реинкарнацией преподобного Сергия" (хотя художник не уставал отвергать эти обвинения).
Несмотря на почитание Рерихом святого Сергия и частое обращение к образу преподобного в художественных и литературных произведениях мастера, его трактовку нельзя рассматривать в отрыве от основных идей и убеждений художника, которые расходятся с традиционным вероучением и отвергаются Церковью.
- 1. Письмо В. Ф. Булгакова Н. К. Рериху от 24 янв. 1938 г. Цит. по: Щеблыгина И. В. Рериховский зал Русского Культурно-исторического музея в Праге (по материалам переписки В. Ф. Булгакова и Н. К. Рериха)//Изобразительное искусство, архитектура и искусствоведение Русского зарубежья. М. 2008. С. 255.
- 2. Письмо Н. К. Рериха В. Ф. Булгакову 24 июня 1946 года//Рерих Н. К. Листы дневника. Т. 3. М. 2002. С. 212.
- 3. Там же. Когда Прага была захвачена немцами, Булгаков предусмотрительно закрыл надпись на картине "Святой Сергий".
- 4. Письмо Н. К. Рериха В. Ф. Булгакову 21 февраля 1938 года//Письма с гор. Переписка Елены и Николая Рерих с Рихардом Рудзитисом. Т. II (1938-1940). Минск. 2000. С. 8.
- 5. Письмо Н. К. Рериха барону М. А. Таубе. Урусвати, 13 февраля 1932 года//Знамя Мира. М. 1995. С. 44.
- 6. Рерих Н. К. Свет Неугасимый//Листы дневника. Т. 1. М. 1999. С. 90.
- 7. Рерих Н. К. Семь Святых. Предисловие к книге "Фламбо"//Держава Света. М. 2011. С. 80
- 8. Письмо Н. К. Рериха о. Георгию Спасскому. Наггар, Индия, 24 декабря 1930//Вестник Ариаварты. 2003. № 1-2. С. 39. Часовню построить не удалось.
- 9. Такие, как "Иерархия Света", "Огненные Знаки", "Огненная сущность" и "Огненный дух".