Книжные раритеты из Ленинки попали в военный переплет. Как эвакуировали главную библиотеку страны

Подготовка к эвакуации

Одной из ключевых фигур при эвакуации книжных фондов из Москвы был директор библиотеки Николай Никифорович Яковлев (1898-1970). Он был по образованию историком. До назначения на пост руководителя Ленинки в 1939 году возглавлял Государственную публичную историческую библиотеку, где в полной мере проявил себя как отличный, принципиальный организатор библиотечного дела. Причем не оглядывался на чины, не раз смело критиковал в прессе самого наркома просвещения РСФСР В.П. Потемкина¹.

Определяющими в вопросах эвакуации стали два постановления ЦК ВКП(б) и СНК СССР от 24 июня 1941 г. "О создании Совета по эвакуации" и 27 июня того же года "О порядке вывоза и размещения людских коллективов и ценного имущества". Решение об эвакуации библиотеки, вероятно, тогда и было принято. Регулярные бомбардировки Москвы и стремительное продвижение войск противника к столице не оставляли выбора.

Еще до эвакуации правительство распорядилось переместить часть наиболее ценных фондов в недостроенное книжное хранилище, на его нижние этажи, которые в случае налета вражеской авиации смогли бы уберечь ценные книги. Небольшой командой библиотечных работников, состоявшей в основном из женщин, в короткие сроки удалось перенести вручную предназначенные для переезда фонды. За смену в новое хранилище перетаскивалось до 600 ящиков с книгами (при норме в 350), а в отдельные смены - до 900².

Библиотекари помимо выполнения своих прямых обязанностей работали в госпиталях, были мобилизованы на строительство оборонительных сооружений и лесозаготовки. Вот что об этом вспоминала сотрудница библиотеки В.В. Клевенская:

"В госпитале N 5005 была организована неплохая библиотека с передвижным фондом, сотрудники читали раненым вслух. На моем попечении в госпитале N 5005 был 19-летний юноша Шурик. Горько, что мне пришлось вскоре написать его родным весть о его кончине"³.

Первая партия - по Волге в Бор

Эвакуация осуществлялась частями в два этапа. В первую очередь спасению подлежали наиболее ценные старопечатные издания и материалы отдела рукописей. 28 июля в Южном порту все они в мешках и ящиках были погружены на баржу и отправлены в город Бор, расположенный на левом берегу Волги рядом с Горьким. Отправкой руководил старый большевик Николай Осипович Кучменко, возглавлявший отдел редких книг.

По воспоминаниям директора филиала в Боре К.Р. Каменецкой через 11 дней плавания, во время которого было "немало тревожных минут" (не раз случались налеты вражеской авиации), груз Ленинки вместе с фондами нескольких других библиотек и музеев Москвы прибыл к месту назначения⁴.

Среди вывезенных книг были два экземпляра "Путешествия из Петербурга в Москву" А.Н. Радищева 1790 г. (первое издание было почти полностью уничтожено и в дальнейшем произведение запрещено к печати); томик сочинений Г.Р. Державина 1799 г. с его дарственной надписью жене; коллекция первых изданий Джордано Бруно XVI в., в том числе с его автографом.

Согласно "Справке о количестве книг и периодики, эвакуированных в 1-ю очередь и подготовленных к эвакуации во 2-ю очередь на 28/XI 41 г.", подписанной директором библиотеки, было вывезено 147 294 единицы хранения. Из них 50 000 относились к фондам отдела редких книг и 55 000 - отдела рукописей, 10 000 - к отделу спецхрана⁵.

Вторая - в Молотов

28 октября 1941 года Совет по эвакуации СНК СССР принял решение о перемещении книжных и архивных фондов в город Молотов (ныне - Пермь)⁶. Это стало вторым этапом эвакуации книжных и архивных фондов Ленинской библиотеки из Москвы. К 28 ноября к переезду было подготовлено 789 552 единицы хранения.

Вопросы, связанные с эвакуацией, стояли настолько остро, что директор ГБЛ Н.Н. Яковлев, нарушив привычную субординацию, напрямую обратился с письмом к секретарю ЦК ВКП(б) А.С. Щербакову и заместителю председателя Совета народных комиссаров РСФСР А.И. Уткину. Он без обиняков писал: "В течение 15-16 октября не только выехало все руководство Наркомпроса, но и уехал весь аппарат, включая секретарей. В течение 7 дней Наркоматом "управлял" какой-то малограмотный завхоз... Это подлинно паническое бегство всех, кто только хотел бежать". И далее он писал о трусости и бездействии наркома и руководства наркомата⁷.

Помимо необходимости в крайне сжатые сроки отсортировать, упаковать и подготовить к отправке книжные и архивные фонды руководству библиотеки приходилось искать транспорт (вагоны, машины...), огромное количество брезента, чтобы укрывать фонды от дождя и снега⁸.

К тому же параллельно нужно было решать проблемы перебазирования филиала из Бора в тот же Молотов. В Боре книгохранилище располагалось в деревянной застройке, а при участившихся бомбежках это грозило бедой. К марту 1942 г. филиал вместе с сотрудниками переехал и воссоединился с основными фондами.

Сын Каменецкой вспоминал о том, как книги и сопровождавшие их сотрудники добирались до Молотова: "Пришел приказ о новой эвакуации в город Молотов. На этот раз погрузились в двенадцать вагонов, в одном из которых на двухъярусных нарах поместились все сопровождающие и их семьи. Ехали почти месяц, подолгу стояли на разъездах, чтобы пропустить военные эшелоны с людьми и техникой..."⁹

Ордена за самоотверженность

Жизнь и работа в эвакуации - дело непростое, особенно в условиях сурового Пермского края. Необходимо было не просто разместить и сохранить книжные и архивные фонды, но и наладить работу филиала, в том числе выдачу книг и библиографическую работу. А еще библиотекарям часто приходилось чистить трамвайные пути от снега, так как книги от железнодорожной станции к областной библиотеке перевозились на трамвайных платформах¹⁰. Основные фонды разместились в Молотовской областной библиотеке, сотрудники которой активно помогали приезжим коллегам.

Нелегким был и быт. Не сразу удалось найти жилье - все делалось за счет "уплотнения" местных жителей. Даже семья заведующей Каменецкой с маленькими детьми обосновалась в крохотной комнате в рабочем поселке Мотовилиха¹¹.

Самоотверженные библиотекари Ленинки "глубоко верили в победу над врагом и знали, что вместе с этой победой приближается и час возвращения фондов в Москву"¹². Так и случилось. Их труд был высоко оценен Родиной - 58 сотрудников получили ордена и медали. Среди награжденных ордена Трудового Красного Знамени были вручены директору библиотеки Н.Н. Яковлеву и директору молотовского филиала К.Р. Каменецкой¹³.

• _{1. Яковлев Н. Когда же будет открыта публичная историческая библиотека? // Правда. 1938. 30.07. С. 4.}
• _{2. История Государственной библиотеки СССР им. В.И. Ленина за 100 лет. М., 1962. С. 129.}
• _{3. Клевенская В.В. Этот день мы приближали, как могли // О библиотеке, о времени, о себе. Воспоминания сотрудников Российской государственной библиотеки. М., 2003. С. 241.}
• _{4. Каменецкая К.Р. Книги в эвакуации // Библиотечный журнал. 1944. № 3. С. 47..}
• _{5. Архив РГБ. Оп. 191б. Д. 2. Л. 7.}
• _{6. История Государственной библиотеки СССР им. В.И. Ленина за 100 лет. С. 129.}
• _{7. Архив РГБ. Оп. 191 б. Д. 2. . Л. 59.}
• _{8. Там же. Л. 66.}
• _{9. Каменецкий Ф.М. Указ. соч.}
• _{10. Там же.}
• _{11. Там же. С. 234.}
• _{12. Каменецкая К.Р. Указ. соч. С. 52, 55.}
• _{13. Каменецкий Ф.М. Указ. соч. С. 235-236; Клевенская В.В. Этот день мы приближали, как могли. С. 238.}