Профессионалы с внутренней свободой
"Имеет предпосылки для дальнейшего совершенствования на разведывательной работе в Центральном управлении... Работоспособный. Характера уравновешенного и твердого. Задания прорабатывает вдумчиво, внимательно и критически"1 - гласит служебная аттестация 1932 года, данная 25-летнему Леониду Константиновичу Бекренёву (1907-1997), который в годы войны возглавит РО штабов Балтийского и Северного флотов. А после войны станет адмиралом, заместителем начальника ГРУ и начальником Военно-дипломатической академии Советской армии.
"...Теоретически грамотный, хорошо подготовленный офицер разведчик. Общителен, исключительно тактичен"2 - а это представление к ордену Отечественной войны 1-й степени кадрового военного разведчика генерал-майора Валерия Николаевича Алексеева (1908 - 1974), в годы войны служившего заместителем начальника РО по войсковой разведке и информации штаба 2-го Белорусского фронта, а в июле 1944-го возглавившего РО штаба 3-й гвардейской армии. Генерал окончил специальный факультет Военной академии РККА им. М.В. Фрунзе (1938) и Высшую военную академию им. К.Е. Ворошилова (1952). Владел французским и китайским языками.
"Высоко культурный, образованный, вежливый и тактичный офицер, хороший товарищ. Все предъявляемые ему требования выполняет точно и со свойственным ему требованием..."3 - еще одно представление к ордену Отечественной войны 1-й степени, уже полковника Степана Дмитриевича Абалакина (1903-?), начальника РО штаба 17-й воздушной армии Юго-Западного фронта, а с сентября 1943-го и до конца войны - начальника РО штаба 5-й воздушной армии Степного и 2-го Украинского фронтов. Офицер окончил Военно-воздушную академию РККА им. Н.Е. Жуковского (1936) и Академию ГШ РККА (1939).
Старшие офицеры, генералы и адмиралы военной разведки, возглавлявшие РО штабов фронтов, армий, флотов и флотилий, обладали непререкаемым авторитетом в глазах начальников и подчиненных. Их неоспоримый престиж определялся не воинскими званиями или наградами, нередко весьма скромными, а высочайшей профессиональной компетенцией, широким кругозором, благородными этическими принципами, большой общей культурой, универсальным природным талантом и внутренней свободой.
И эта внутренняя свобода была чужда духу стяжательства.
Генерал-майор Наум Семенович Соркин (1899-1980), начальник РО штаба Дальневосточного фронта. Окончил Высшую артиллерийскую школу комсостава в Ленинграде (1923), Курсы ответственных дипломатических работников (1933), ВАК при Высшей военной академии им. К.Е. Ворошилова (1952). Владел английским языком. Был всесторонне развитым человеком. Прекрасно разбирался в изобразительном искусстве и собрал коллекцию живописных произведений музейного уровня. "После смерти Н.С. Соркина его супруга, согласно завещанию, передала в дар Смоленскому государственному музею девятнадцать произведений известных русских художников XIX-XX веков"4.
Аристократы духа, служившие в военной разведке, не старались подлаживаться под мнение руководства и не страшились докладывать начальству добытую правдивую информацию, какой бы горькой она ни была.
"Человек он был смелый, твердый и самостоятельный в своих суждениях. Если в чем-либо считал себя правым, то никогда и ни перед чем не отступал"5. Таким запомнился окружающим полковник Леонид Владимирович Рузов (1894 - начало 1970-х), в годы Первой мировой разведчик из вольноопределяющихся и Георгиевский кавалер, в начале Великой Отечественной войны - начальник РО штаба 14-й армии Северного фронта, а в конце войны кавалер редчайшей офицерской награды - ордена Кутузова 3-й степени.
"...Человек большого мужества и личной храбрости. Войну начинал капитаном, в 1941 году воевал в Крыму. Твердый и принципиальный командир, он умел беспристрастно докладывать командующему армией свою оценку противника во всех случаях, даже когда она не совпадала с мнением начальника"6. Так отзывался сослуживец о полковнике Михаиле Борисовиче Малкине (1907-?), начальнике РО штаба 47-й армии Северо-Кавказского, Степного, Воронежского, 1-го Украинского, 1-го Белорусского фронтов и кавалере полководческого ордена Кутузова 2-й степени.
"Быть знаменитым некрасиво..."
О некоторых выразительных и говорящих деталях того, кто отбирал и кого отбирали в военную разведку, мы можем судить по воспоминаниям Вадима Владимировича Лазурского (1909-1994), выдающегося советского художника книги, графика, шрифтовика и каллиграфа, оформившего более 300 книг и создавшего знаменитую книжную гарнитуру Лазурского. В годы войны старший лейтенант Лазурский, хорошо знавший немецкий язык, служил переводчиком в штабе 36-го гвардейского корпуса. Однажды штаб корпуса посетил старший переводчик из штаба 11-й гвардейской армии капитан Петр Павлович Лиров (20.01.1898 - 21.08.1980).
Ни сам Лазурский, ни его приятель военный переводчик Басин не догадывались, с какой негласной целью перед началом наступательных боев 1944 года, когда армия готовилась к прорыву фронта под Оршей, капитан Лиров решил с ними встретиться.
"Это был пожилой, с нашей точки зрения, довольно полный, рафинированно интеллигентный человек невысокого роста, в очках. Он свободно владел не только немецким и почти всеми европейскими, но еще и несколькими восточными языками. Разговаривал он с Басиным и со мной почти исключительно по-немецки. Как выяснилось впоследствии, он совершил поездку по штабам корпусов, подбирая себе помощника для замещения вакантной должности в штабе армии. Так как его занимали не столько наши познания в области военного перевода, сколько круг наших интересов в литературе и искусстве, мы и заподозрить не могли о тайной цели его миссии. Поэтому полной неожиданностью для нас с Басиным было известие о том, что получен приказ о переводе меня на должность военного переводчика в разведотдел штаба армии"7.
Начальники разведывательных отделов олицетворяли собой феномен элитарности без права на малейшую известность. Далеко не всегда их неоспоримые заслуги перед государством были оценены должным образом. Ряд очень достойных офицеров, занимавших генеральские должности, в итоге так и не получили звание генерала. Более того, некоторые из них столкнулись с явной несправедливостью, по разным причинам допущенной по их персональному адресу.
Аристократы духа никогда не жалуются на жизнь и судьбу или незадавшуюся карьеру. Они не обижаются на Родину, они ее защищают. Именно в этом и заключается главное проявление элитарности военных разведчиков.
Почти никто из них не оставил воспоминаний о времени и о себе. Несколько единичных исключений лишь подтверждают общее правило. И дело было не только в сугубой секретности той профессиональной сферы деятельности, которой они занимались до, во время и после войны. Гений поражает цель, которую никто не видит. Гениальное стихотворение Бориса Пастернака дает исчерпывающее философское объяснение причины, по которой аристократы духа, служившие в военной разведке, не имели амбиций претендовать на писательские лавры и знаменитость или известность - прижизненную или посмертную.
- Быть знаменитым некрасиво.
- Не это подымает ввысь.
- Не надо заводить архива,
- Над рукописями трястись
- .
- Цель творчества - самоотдача,
- А не шумиха, не успех.
- Позорно, ничего не знача,
- Быть притчей на устах у всех.
- Но надо жить без самозванства,
- Так жить, чтобы в конце концов
- Привлечь к себе любовь пространства,
- Услышать будущего зов.
- И надо оставлять пробелы
- В судьбе, а не среди бумаг,
- Места и главы жизни целой
- Отчеркивая на полях.
- И окунаться в неизвестность,
- И прятать в ней свои шаги,
- Как прячется в тумане местность,
- Когда в ней не видать ни зги.
- Другие по живому следу
- Пройдут твой путь за пядью пядь,
- Но пораженья от победы
- Ты сам не должен отличать.
- И должен ни единой долькой
- Не отступаться от лица,
- Но быть живым, живым и только,
- Живым и только до конца8.
Герои второго плана...
Великая архивная революция позволила нам "по живому следу" пройти жизненный путь тех, кто при жизни волею судеб был лишен права на известность, десятилетиями оставаясь в тени прославленных полководцев и военачальников - творцов Великой Победы. В вышедшем в свет в 2013 году и давно уже ставшим библиографической редкостью 800-страничном энциклопедическом справочнике военного историка полковника Юрия Михайловича Ярухина "Великая Отечественная. Начальники разведки фронтов, армий, флотов, флотилий" представлены биографические хроники практически всех начальников разведывательных отделов штабов фронтов, армий, флотов и флотилий в годы Великой Отечественной войны и войны с Японией 1945 года. "Всего в книге приведено 267 биографических статей: 43 начальника разведки фронта, 176 - общевойсковых, танковых армий, 24 - воздушных армий, 24 - флотов, флотилий. ...Все биографические данные только на основе личных дел, наградных и боевых документов"9.
Именно они, скромные герои второго плана, старшие офицеры и генералы военной разведки, пройдя славный путь от Сталинграда до Берлина, выиграли интеллектуальный поединок с разведкой и контрразведкой неприятеля и вместе с рядовыми солдатами вынесли на своих плечах лавры маршалов Победы.
Полковник Владимир Иванович Белокуров (1900-?).
Из наградного листа, январь 1943 года. Представление к ордену Красного Знамени.
"В результате правильного руководства разведотделом штаба Южного фронта сумел своевременно и правильно вскрыть намерения противника, чем создавал возможность командованию фронта своевременно предупреждать действия противника и находить более слабые места для нанесения ему чувствительных ударов"10.
Генерал-лейтенант Илья Васильевич Виноградов (1906-1978). Из наградного листа, май 1945 года. Представление к ордену Богдана Хмельницкого 1-й степени.
"Лично участвуя в разработке планов всех операций, имел полную ясность в оценке группировок противника, состава его резервов, инженерных сооружений, способствовал правильному принятию решений командованием фронта. В ходе наступления следил за действиями противника, правильно нацеливал разведывательную деятельность армий, своевременно вскрывал изменения и группировку противника, подход его резервов, предугадывая вероятное его намерение"11.
Генерал-майор Василий Михайлович Капалкин (1901-1972). Из наградного листа, февраль 1943 года. Представление к ордену Отечественной войны 1-й степени.
"Анализ разведданных о противнике ... всегда делал правильно, давая верную и четкую оценку группировки и последующих намерений противника"12.
Полковник Иван Дмитриевич Кочегаров (1906-?). Из наградного листа, февраль 1942 года. Представление к ордену Красной Звезды.
"Руководил разведывательными частями и агентурой, ...добился знания противника в оперативной глубине, вскрывая своевременно большинство оперативных перегруппировок противника"13.
А еще все они были людьми исключительного личного мужества. Вот лишь несколько примеров, относящихся к начальному периоду Великой Отечественной войны.
... и передовой
Полковник Дмитрий Михайлович Аршинов (1906-?). Из наградного листа, январь 1942 года. Представление к ордену Красного Знамени.
"Так в боях на реке Буг под Голованевск и Первомайском в течение 1, 2 и 3 августа 1941 г. ... на самолетах У-2 был командирован для установления связи с 169 сд и штармом-18. Все эти задания во время боя наземных войск и господства авиации противника в воздухе, подвергая себя опасности быть сбитым во время полета,... выполнил полностью и в срок..."14
Полковник Николай Васильевич Бзырин (1911-1952). Из наградного листа, апрель 1942 года. Представление к ордену Красной Звезды.
"При отсутствии связи с командованием 39-й армии в период ожесточенных боев ...получил задание командования фронта установить связь, доставить боевой приказ и изучить обстановку на фронте армии. Совершил под огнем противника перелет через две линии фронта на самолете, выполнил отлично задание командования фронта и на самолете же возвратился обратно"15.
Полковник Иван Иосифович Зенькович (1902-?). Из наградного листа, февраль 1943 года. Представление к ордену Отечественной войны 1-й степени (награжден орденом Красной Звезды).
"В боях под Мечетинская, Каменный при убытии командного состава по ранению лично руководил группой бойцов численностью до взвода, отбивая контратаки танков и мотопехоты противника..."16
Ну и теперь о грустном. Элитарность руководителей военной разведки заключается, в частности, в том, что их образовательный и культурный уровень резко возвышался над соответствующим уровнем командиров частей Красной армии.
Слезы генерала Серпилина
В годы оттепели был чрезвычайно популярен роман Константина Симонова "Солдатами не рождаются", ставший второй частью его трилогии "Живые и мертвые". Автор романа обладал поистине уникальными знаниями о Великой Отечественной войне. В качестве военного корреспондента он побывал на всех фронтах, растянувшихся от Черного до Баренцева морей. А после войны был не только допущен к работе в закрытых военных архивах, о чем могли лишь мечтать историки, но получил возможность побеседовать с прославленными военачальниками и записать их воспоминания.
Я еще на школьной скамье запоем прочитал эту книгу в момент ее выхода и на всю жизнь крепко запомнил один эпизод. В романе мастерски запечатлен диалог двух генералов - генерал-майора Серпилина, после окончания Сталинградской битвы назначенного на пост командующего армией, и его закадычного друга со времен Первой мировой и Гражданской войны генерал-лейтенанта Ивана Алексеевича, не названного автором романа по фамилии. Лишь очень внимательный читатель может догадаться, что Иван Алексеевич, в годы Первой мировой в качестве войскового разведчика заслуживший три Георгиевских креста, перед Великой Отечественной войной и вплоть до окончания Сталинградской битвы был начальником Разведывательного управления Генерального штаба Красной армии.
Могу предположить, что генерал-лейтенант Иван Алексеевич - это собирательный литературный образ, у которого было два реальных прототипа. Это генерал-лейтенанты и Герои Советского Союза Алексей Павлович Панфилов (1898-1966), до августа 1942-го возглавлявший Разведывательное управление Генштаба, и Иван Тимофеевич Шлёмин (1898-1969), перед войной служивший в Генштабе, с 1937 года возглавлявший Академию Генштаба, а в годы войны командовавший танковой армией. В заключительной части трилогии, романе "Последнее лето", о друге Симонова сказано одной фразой. "Из хорошо и давно знавших Серпилина людей там, в Генштабе, в Москве сейчас никого нет. Иван Алексеевич, его корешок с гражданской войны, уже давно не в Москве, стал из стратегов практиком, сформировал в сорок третьем году танковую армию и командует ею".
Итак, слово Ивану Алексеевичу.
"Осенью сорокового, уже после финской, генерал-инспектор пехоты проводил проверку командиров полков, а я по долгу службы знакомился с проектом его доклада. Было на сборе двести двадцать пять командиров стрелковых полков. Как думаешь, сколько из них в то время оказалось окончивших Академию Фрунзе?
- Что ж гадать, - сказал Серпилин, - исходя из предыдущих событий, видимо, не так много.
- А если я тебе скажу: ни одного?
- Не может быть...
- Не верь, если тебе так легче. А сколько, думаешь, из двухсот двадцати пяти нормальные училища окончили? Двадцать пять! А двести - только курсы младших лейтенантов да полковые школы.
- Не могу поверить, - сказал Серпилин.
- Что ж, ты не барышня, уговаривать не буду. Сам глазам не верил. Допускал, что не по всем полкам такая статистика. Но все же двести двадцать пять полков - это семьдесят пять дивизий, пол-армии мирного времени, - все равно картина страшная!
- Не могу поверить, все равно не могу поверить, что так армию выбили, - хриплым голосом повторил Серпилин. И пошел по комнате из угла в угол. И когда шел обратно, Иван Алексеевич впервые в своей жизни увидел на его глазах слезы.
- А у немцев, - сказал Иван Алексеевич - голос его дрогнул, когда он увидел эти небывалые на лице Серпилина слезы, - у немцев за полтора года из всех командиров полков, и захваченных в плен и убитых, на ком документы взяли, не встречал случая, чтобы командир полка еще в первую мировую войну не имел боевого опыта в офицерском звании. Вот с чем они начали и с чем мы - если взять на уровне полков!"
... А теперь сравним эту страшную картину, в достоверности которой нет никаких оснований сомневаться, с уровнем образования руководителей военной разведки - элиты Вооруженных сил.
Окончание журнального исследования в следующем номере "Родины".
- 1. Ярухин Ю.М. Великая Отечественная. Начальники разведки фронтов, армий, флотов, флотилий. К.: Издательский Дом "Военная разведка", 2013. С. 626, 627 (Военная разведка. Имена и судьбы).
- 2. ЦАМО. Ф. 33. Оп. 690155. Д. 1325. Л. 161; Ярухин Ю.М. Указ. соч. С. 293.
- 3. ЦАМО. Ф. 33. Оп. 690306. Д. 593. Л. 251; Ярухин Ю.М. Указ. соч. С. 592.
- 4. Ярухин Ю.М. Указ. соч. С. 234.
- 5. Ярухин Ю.М. Указ. соч. С. 497.
- 6. Ярухин Ю.М. Указ. соч. С. 439.
- 7. Лазурский В.В. Путь к книге. Воспоминания художника. М.: Книга, 1985. С. 80 (Художник и книга. Воспоминания).
- 8. Пастернак Б.Л. Собрание сочинений. В 5 т. Т. 2. Стихотворения 1931 - 1959. Переводы. М.: Художественная литература, 1989. С. 74.
- 9. Ярухин Ю.М. Великая Отечественная. Начальники разведки фронтов, армий, флотов, флотилий. С. 7.
- 10. ЦАМО. Ф. 33. Оп. 682527. Д. 21. Л. 305; Ярухин Ю.М. Указ. соч. С. 69.
- 11. ЦАМО. Ф. 33. Оп. 686046. Д. 40. Л. 304; Ярухин Ю.М. Указ. соч. С. 106.
- 12. ЦАМО. Ф. 33. Оп. 682525. Д. 26. Л. 482; Ярухин Ю.М. Указ. соч. С. 162.
- 13. ЦАМО. Ф. 33. Оп. 682524. Д. 392. Л. 344; Ярухин Ю.М. Указ. соч. С. 174.
- 14. ЦАМО. Ф. 33. Оп. 682524. Д. 513. Л. 12-12об.; Ярухин Ю.М. Указ. соч. С. 299.
- 15. ЦАМО. Ф. 33. Оп. 682524. Д. 189. Л. 260-260об.; Ярухин Ю.М. Указ. соч. С. 308.
- 16. ЦАМО. Ф. 33. Оп. 686044. Д. 632. Л. 42; Ярухин Ю.М. Указ. соч. С. 382.