Андрей Быстров родился в 1926-м - в глухой деревне в Тверской области, а на пенсию вышел главным конструктором конструкторского бюро часовых механизмов.
С книгоизданием Павел никогда не был связан. Он занимается керамикой: у семьи небольшое производство материалов - "Родина" ранее рассказывала о нем. Книгу делал между дел, в свободные минуты, не отрываясь от работы. Разобрался, что нужно подготовить к печати, и прошел весь путь сам. Раньше для этого понадобились бы редактор, верстальщик и издательство. Но помогли современные технологии.
В последние годы жизни дед Павла писал автобиографию. Говорил о ней вскользь, и в семье она была чем-то вроде легенды. Просил прочитать ее только после своей смерти. Деда не стало в 2004-м.
Когда рукопись попала к Павлу, он увидел обычную толстую тетрадь. Павел решил подарить маме на юбилей книгу ее отца. И чем больше работал с рукописью, тем глубже погружался в семейную историю.
Дед родился в крестьянской семье, в деревне Ручьевая - сейчас это Селижаровский район Тверской области. На картах деревня все еще значится, но на самом деле ее уже не существует, не осталось ни одного дома. Для книги Павел организовал экспедицию в родные места - доехали до соседней Сосновки, где официально зарегистрирован один житель...
- А ведь дед был четырнадцатым ребенком в семье. Его отец держал овчинную мастерскую, и дети работали у него, - рассказывает Павел. - Когда деду исполнилось шесть лет, он потянулся к учебе, сам пошел учиться в соседнее село. В итоге получил высшее военное образование и поступил на службу в армию. Рядом с ним разорвался снаряд, и после этого он стал плохо слышать. Но не остановился: окончил факультет точной механики Станкоинструментального института и пришел инженером-конструктором в конструкторское бюро часовых механизмов. На пенсию он выйдет оттуда главным конструктором.
В конструкторском бюро Андрей Быстров занимался разработкой часовых механизмов для космических ракет. Был изобретателем. Внук отыскал авторские свидетельства деда в архиве Госкомитета СССР по изобретениям и открытиям. Например, на "реле времени", которое "повышало точность отработки заданного времени".
- У мальчика из глухой деревни почти не было шансов. Но он сделал себя сам: видел цель и шел к ней, - говорит Павел.
"Вот моя деревня": в своей рукописи дед Павла описывает и свою деревню, и соседнюю. Пишет о своей матери, прабабушке Павла, но ни разу не называет ее по имени. И в семье ни до кого из потомков это имя тоже не дошло.
- Я через "Госуслуги" отправил запросы в архивы трех районов Тверской области - буквально не вставая с рабочего места. Ответы пришли в личный кабинет за несколько дней, и часть недостающих сведений о родственниках нашлась. Никуда ходить не пришлось, - рассказал Гаврилин.
Правда, имя мамы установить так и не удалось, только мачехи - ее звали Елена. Проблема с архивами, к сожалению, для этой местности типична: они были утрачены после немецкой оккупации. При этом Ручьевая была оккупирована только около месяца в конце 1941-го - начале 1942-го.
- Мне удалось выяснить, что к началу войны отец деда, мой прадед, был председателем местного колхоза. Причем в 1941-м колхозом он руководил фактически вместе с дедом, которому было всего 15 лет, - рассказывает Гаврилин. - Задачей их колхоза было, в том числе, поддержание дороги в надлежащем состоянии. Во время оккупации прадед укрывал партизан и на него кто-то донес. Прадеду повезло - он смог как-то убедить немцев и те его не расстреляли. Деда же однажды задержали ночью, когда он пытался унести продукты партизанам. И ему повезло - удалось как-то объяснить, что молоко и хлеб предназначены для родни…
Ужасы фашистской оккупации на территории СССР во время Великой Отечественной войныСобранные данные Павел решил проиллюстрировать снимками из семейного фотоархива. Многие снимки сохранились в плохом качестве, но нейросети помогли восстановить фотографии, некоторым из которых около ста лет.
Опыта в книгоиздании у Павла не было. Сначала он попробовал онлайн-сервис для верстки книг и просидел за ним неделю. Сделать книгу такой, какой он ее видел, там не получилось. Тогда Гаврилин перебрал программы для верстки, выбрал подходящую, освоил и сверстал книгу сам. Издание напечатали тиражом 20 экземпляров - для своих!
В день столетия деда Павел организовал встречу, каких в век информационных технологий многим очень не хватает. Это было не застолье в квартире, а встреча родни в симпатичном помещении в центре Москвы. Все родные получили по экземпляру книги, а главное - встретились и тепло пообщались.
- Меня греет мысль, - говорит Павел, - что мой сын, когда вырастет, сможет прочитать подробности о своей семье и для него это будет важно.