издается с 1879Купить журнал

Виктор Сухоруков: Как хорошо валяться на планете!

Его совсем нет в рекламе. И в политических ток-шоу. И в бесконечных телесериалах. Но скажите Сухоруков - и губы любого собеседника старше тридцати дрогнут в улыбке.

Виктор Сухоруков.

Валерий Матыцин / ТАСС

Виктор Сухоруков.

Кто-то запомнил несокрушимого в своей простоте Татарина из "Брата" и "Брата-2".

Кто-то, постарше, никогда не забудет заморыша-зэка по кличке Плешак, который в "Комедии строгого режима" гениально перевоплотился в беспощадного Ильича.

Кто-то однажды увидел Сухорукова на сцене, и этого хватило.

Ему не нужно мельтешить на экране, чтобы зрители не забыли. Он давно и прочно стоит в одном ряду - не очень длинном - современников, которые одним своим присутствием в нашей жизни делают ее чуточку спокойнее и добрее. А в тяжелую минуту обязательно оказываются рядом, чтобы поддержать и спасти. Люди слова и дела. Люди чести.

Такое не сыграешь.

Мы дружим 25 лет. Рискую написать это обязывающее слово, хотя мы видимся раз-два за год. Мой ночной звонок после того, как впервые увидел "Остров". Его неожиданный видеопривет с орехово-зуевского огорода, по которому он в телогрейке сурово бродит с лопатой. В промежутке - премьера в театре Моссовета, где после спектакля, кажется, пар шел от его насквозь промокшей батистовой рубашки...

Вот и все. Но как же это много!

Недавно Виктор предложил "Родине" свои стихи. Он написал их на съемках фильма "Грозный", где сыграл Малюту Скуратова, совсем не похожего на хрестоматийного злодея...

Я несказанно изумился. Сухоруков - поэт?! Попросил прислать еще. Он прислал. Но пока мы думали-гадали, как распорядиться этим богатством, он хлопнул дверью и ушел из театра, которому беззаветно служил двенадцать лет. Ушел накануне своего 70-летия, когда юбиляру надо бы, по-хорошему, готовить к дате звонкую премьеру.

"Подавился тоской, грубостью, печалью, непониманием и жлобством", - сказал в интервью. Премьера сама нашла его. Режиссер Римас Туминас позвал актера в Вахтанговский на роль князя Николая Андреевича Болконского в премьерном спектакле "Война и мир". И все последние недели юбиляр беззаветно репетировал. Обронив, впрочем, что от юбилея все равно сбежит далеко от Москвы…

Но от своей поэтической премьеры Виктору Ивановичу не убежать!

Душа

  • Нагрянет вдруг зима в июле,
  • Заснежит, мураву топча.
  • Ромашкам ледяных пилюлей
  • Раздаст с морозного плеча.
  • Мы холод сердца выдаем за жар души.
  • Не умирай, душа моя. Дыши!

Кабы знать

  • Не каждый волен выбирать.
  • Как знать? Я не берусь гадать.
  • Ведь, может статься, надорвусь
  • Иль сплетней старой подавлюсь
  • И мордой в грязь опять уткнусь.
  • А то вдруг страшно возгоржусь.
  • Нет, лучше спрячусь и замкнусь.
  • А вдруг чего-то захочу
  • И будет мне не по плечу,
  • Не по душе, не по заслугам?
  • А давний враг вдруг станет другом?
  • Как знать... Гадать я не берусь
  • И, соглашаясь, не смирюсь.
  • Не каждый волен выбирать.
  • Все может быть... Эх, кабы знать!

Боль

  • Я криком своим подчеркну тишину,
  • А воплем истошным отмечу беду.
  • Не хочет любовь не есть и не спать.
  • Попробуйте вы, улыбаясь, страдать.
  • И песни до слез, и праздник до крови.
  • А как без нее? Куда нам без боли?

Характер

  • Не характер у меня,
  • А сплошное куролесье!
  • Я и ангел, и свинья,
  • Как на блюдце - вот он весь я!
  • Вот я дома - и скитаюсь,
  • Вдруг напился - отосплюсь,
  • Коль обидел - то покаюсь,
  • Согрешил - так отмолюсь.
  • То явлюсь, то пропадаю,
  • То тону, а то всплываю,
  • То горю, то тлею я...
  • Есть ли у меня друзья?

Дорога

  • Бегущие дома, летящие цветы...
  • И мысли не боятся остроты.
  • Несутся вместе с лесом и водой
  • И облаками следом за бедой
  • Те мысли тяжкие, кусачие, вразлет...
  • Но их сегодня не беру в расчет.
  • Я успокоюсь, заказав чаёк.
  • Или вздремну, зашторясь. Путь далек.

Улица

  • Окошко настежь. Улица в слезах.
  • И вместо воздуха душа глотает холод.
  • Зеркальные асфальты на глазах
  • Воруют листья, утоляя голод.
  • И звуки нот в изгибе переулка...
  • Окно защелкнуто. Окончена прогулка.

Кино

  • Васильковая наливка
  • растекается во ржи.
  • Небо с полем на загривке
  • у коня, а конь - бежит.
  • Не бежит, а скачет лихо,
  • за собой маня своих,
  • и несется в кадре с вихрем
  • среди мертвых и живых.
  • Не война - кино снимают
  • про старинные года.
  • Спешно туча отрыдает -
  • и зачавкает вода
  • под ногами киногруппы,
  • а игрушечные трупы
  • лошадей и утварь вся,
  • гонорара не прося,
  • ждут смиренно крик хлопушки.
  • Зарычать готовы пушки,
  • сабли с лязгом зазвенеть,
  • порох - жахнуть, просвистеть
  • плети рады с наслажденьем,
  • и актеры с нетерпеньем -
  • ждут команды режиссера!
  • Да премьеры век не скорый...
  • ...Вот снимается киношка...
  • Нет, поправимся немножко:
  • эпохальная страница -
  • и покой нам только снится.
  • Поле. Небо. Божий свет.
  • Василькам от нас привет.

Полет шмеля

  • И ясный день, и тихое дыханье,
  • И неба синь струится сквозь ресницы.
  • Полет шмеля - мотора громыханье.
  • Заливисто солируют синицы.
  • Ромашка как из детства карусель,
  • Под носом клевер шепчет мне о лете,
  • И в голове совсем не пьяный хмель...
  • Как хорошо валяться на планете!
Виктор Сухоруков с "Родиной" и ее друзьями. Фото: Сергей Куксин/РГ

Читайте нас в Telegram

Новости о прошлом и репортажи о настоящем

подписаться