20 июля 1944 года 2-я танковая армия под командованием генерала Богданова начала бои за Люблин. Они длились трое суток. Порыв наступающих частей Красной Армии был так силен, что им удалось еще во встречных боях разгромить пехотную дивизию вермахта и взять в плен ее командира.
![](https://cdnstatic.rg.ru/uploads/images/2024/07/23/8_761_8ad.jpg)
Георгий Липскеров / РИА Новости
Однако сам Люблин с ходу взять не получилось, советские войска наткнулись на ожесточенное сопротивление противника. Генерал Ивановский, бывший тогда начальником оперативного отдела 8-го гвардейского танкового корпуса, вспоминал: "Гитлеровцы не только держали в городе свои значительные силы, но и собрали сюда бандеровцев, жандармерию, приспешников Рады Крайовой - всех, кому, собственно, деваться было некуда. Дрались они с упрямством и жестокостью обреченных. Почти каждый дом в городе был превращен в крепость".
Но несмотря на ожесточенные бои в самом городе, расположенный на его окраине концентрационный лагерь Майданек Красная Армия захватила почти без стрельбы. Охранники лагеря смерти, храбрые только с безоружными узниками, разбежались еще 21 июля. Гвардейцы зашли на его территорию на следующий день - 22 июля, и ужаснулись.
Матвей Гершман, воевавший в 88-й гвардейской стрелковой дивизии, позднее рассказывал: "Скелеты, обтянутые кожей, на земле лежат. Подошел к старушке одной, освобожденной нами узнице, и говорю, не плачь бабушка, теперь жить будешь. Она отвечает - да мне всего 23 года. Примерно двое суток мы прочесывали лагерь и его окрестности, добивали охранников-эсэсовцев".
Захар Красильщиков из 117-й стрелковой дивизии вспоминал: "Мы испытали ощущение подлинного ужаса, бойцы стояли в оцепенении, не в силах сдвинуться с места, некоторые не могли сдержать слез. А потом, как по команде, все кинулись к баракам, спасать тех, кто еще был жив. Поймали нескольких немцев-охранников, которые не успели скрыться из Майданека, и расстреляли их на месте".
Красноармейцы нашли еще живых узников. Их было решено отвезти в госпиталь. Но бойцы боялись брать их на руки, потому что это были живые скелеты, обтянутые кожей. При осмотре Майданека советские воины нашли крематорий, где еще догорали груды трупов. Среди них обнаружились женские и детские тела.
Как рассказывали уцелевшие узники, охранники особо зверствовали в последние дни перед приходом Красной Армии. В тюремных камерах убитые лежали в шесть ярусов. Людей расстреливали, сжигали, травили газами. Военный прокурор 1-го Белорусского фронта Яченин в своем заключении, составленном в октябре 1944 года, указал, что с учетом пропускной способности печей крематория и найденной одежды и обуви, здесь было уничтожено два миллиона человек. Потом историками эти цифры были скорректированы в меньшую сторону.
Впечатление от увиденного было так велико, что бойцы Красной Армии, побывавшие в Майданеке, одно время даже перестали брать пленных. Этот концлагерь был первым освобожденным во время войны. И здесь впервые появился мемориал в память о погибших - русских, евреях, поляках и других пленниках.
Решение о создании концлагеря Майданек было принято Гиммлером в июле 1941 года, первоначально он предназначался для размещения советских военнопленных. Однако осенью началась эпидемия тифа, ослабленные люди не смогли его пережить и почти все погибли. После этого немцы начали завозить в Майданек евреев.
Осенью 1944 года в Люблине прошел первый процесс над охранниками концлагеря. Шестерых из них приговорили к смертной казни. Затем был еще процесс, где обвинения предъявили 95 охранникам, семерых из них повесили. В 1975 году в Дюссельдорфе начался третий процесс. Суд над 16-ю подсудимыми шел шесть лет, в итоге семеро из них были оправданы, остальные получили различные тюремные сроки.
Подпишитесь на нас в Dzen
Новости о прошлом и репортажи о настоящем