Победит ли "Вечная любовь" терроризм?

Работа над сценарием

У этого фильма долгая прелюдия. В то время не существовало единой точки зрения, было покушение в Тегеране или нет. В мае 1977 года "Мосфильм" обратился в Госкино СССР с просьбой заключить с Александром Аловым и Владимиром Наумовым договор на написание литературного сценария фильма "Покушение на Большую тройку". Им пошли навстречу, тем более, Алов и Наумов были признанными авторитетами в кино, уже снявшими "Мир входящему" (с Александром Демьяненко), "Бег" (по мотивам пьесы Михаила Булгакова), "Легенду о Тиле" (со звездами-актерами в составе). Авторам картины, разумеется, хотелось создать интригующий сюжет и опираться на предположение о том, что покушение могло быть.

В личном архиве Алова хранится тетрадь с записями о возможных сюжетных версиях, которые могли быть положены в основу фильма. Видно, что автор основательно окунулся в события тех лет. В конце концов в сценарий лег сюжет под условным названием "Мемуары".

В основе фильма - переплетение двух временных пластов: событий 1943 года, когда советские разведчики предотвратили покушение фашистских спецслужб на Сталина, Рузвельта и Черчилля, и 1970-х, когда повзрослевшие участники тех исторических дней и их дети сталкиваются с последствиями давней операции, пытаясь раскрыть новые тайны и противостоять современным террористам, стремящимся добраться до ценных материалов, связанных с прошлым.

Алов предложил несколько вариантов названия картины: "Гордиев узел", "Заговор века", "Мишень", "Большая охота", "Террор", "Неприятный инцидент"¹. Но в октябре 1977 года Госкино остановилось на названии "Тегеран" и разрешило поставить фильм.

Бесконечные согласования

Начались согласования в различных инстанциях. На это ушло целых полгода: эксперты уперлись в сам факт покушения. Владимир Наумов вспоминал: "У нас были консультанты из ГРУ, высокопоставленные, знавшие свое дело блестяще. Они нам сказали: "Покушение было исключено". Но я все-таки попросил одного из консультантов сделать допущение, что покушение было возможно, и придумать, как оно могло быть осуществлено. Сначала от нас отмахнулись..."².

Но к концу апреля 1978 года с согласованиями было покончено. Фильм включили в план 1980 года. В заключении 4-го творческого объединения "Мосфильма" подчеркивалась актуальность новой работы Алова и Наумова: "...сценарий напоминает о той опасности, какую несет миру и человечеству неофашизм"³.

При этом было высказано множество различных пожеланий, вплоть до того, чтобы полностью отказаться от современной линии конца 70-х годов. Если бы пришлось принять такое пожелание, сценарий бы попросту рухнул. Но, к счастью, Алову и Наумову удалось ее сохранить.

Кооперация с капиталистами

Изначально предполагалось снимать фильм в шести странах, не считая самого Советского Союза: это США, Великобритания, Турция, Иран, ГДР и Франция. Основной пик работы приходился на лето-осень 1979 года. В Турции и Иране съемки так и не удалось организовать, как говорится в документах, "по причинам международной обстановки", поэтому их перенесли в Баку. Но это была не единственная проблема. Тщательной проработки требовал финансовый вопрос по поездкам в капиталистические страны.

14 мая 1979 года прошла встреча советских чиновников кино с представителем швейцарской фирмы "Про Дис Фильм АГ" А. Швиндеманом. Фирма готова была вложить 1 миллион долларов, но при условии участия "одного из крупнейших американских актеров"⁴. Если его не будет, то советская сторона получала бы только полмиллиона. Так в итоге и получилось, так как с американцами не договорились.

Позднее, в разгар лета 1979 года, появилось дополнительное соглашение к договору о совместном производстве, где оговаривались сроки съемок на Западе: 4 недели во Франции, 1 неделя в Нью-Йорке, 1 неделя в Лондоне, остальное время - СССР. Фильмом заинтересовались французы и тоже официально вошли в долю. Права на картину распределились так: СССР - 60%, Франция и Швейцария - по 20%. Вложения французов и швейцарцев определялись суммой в 2,5 миллиона французских франков. За это они получали право проката киноленты на территориях своих стран. Права проката на весь остальной мир сохранил за собой СССР.

Ален Делон и роль на двадцати страницах

Особая фишка фильма - участие в нем иностранных артистов. Швейцария выделила Курта Юргенса (адвокат Легрэн), Франция - Алена Делона (инспектор Фош), Жоржа Жоре (Денис Пью), Майка Маршалла (бородатый террорист) и Джесс Хан (старый террорист).

Как удалось привлечь к картине такую звезду, как Ален Делон? Согласно объяснительной записке к отчету о производстве фильма, французская фирма "Медитерране Синема" сама (!) предложила французских актеров⁵. Однако Владимир Наумов очень любил вспоминать несколько иную историю.

Однажды на Елисейских Полях Алов и Наумов встречались с продюсером Жоржем Шейко, имевшем русские корни и прекрасно говорившем на русском. Речь зашла о том, кого бы взять на небольшую роль инспектора Фоша. Наумов, зная, что Делон снимался у Шейко в "Черном тюльпане", предложил позвонить ему и спросить, а вдруг согласится. Это казалось нереальным. С чего бы это звезде западного кино ни с того ни с сего сниматься у каких-то двух советских режиссеров. Но Шейко позвонил. Делон, по словам Наумова, заинтересовался и пригласил всех к себе в офис, который находился недалеко.

Узнав, что сценарий занимает 120 страниц, актер сказал: "Хорошо. Напишите мне к завтрашнему дню роль на двадцати страницах и, если мне понравится, я буду у вас сниматься"⁶. И ведь так и случилось!

Съемки на Западе

Во Францию группа выехала в усиленном составе: с еще одним режиссером, двумя ассистентами, двумя художниками-гримерами. В Госкино это обосновывалось тем, что режиссеры-постановщики, "как известно, постоянно работают вместе", но Алов "тяжело болен", поэтому функции активно действующего на площадке второго режиссера должна исполнять Н. Терпсихорова. Режиссеру также понадобились помощник и человек, который будет целиком отвечать за реквизит. Дополнительные гримеры были нужны для того, чтобы справиться со сложной задачей - гримировать четырех актеров "под три возраста", ведь они играли своих героев в нескольких эпохах⁷. Чиновники вынуждены были дать добро.

Поездка в США едва не сорвалась. Дело в том, что на роли террористов из современной эпохи изначально планировались советские актеры - Михаил Ульянов и его супруга Алла Парфаньяк, а также Вацлав Дворжецкий - все старые знакомые Алова и Наумова по тем или иным картинам. Но консульство отказало в выдаче виз! Нужно было срочно найти им замену. В итоге вместо них снимались приглашенные швейцарской фирмой артисты Эвелин Крафт, Майк Маршалл, Жес Ан - они съездили в США без проблем. Остальные экспедиции, в том числе в пределах Советского Союза, в Баку, прошли без особых эксцессов.

Декорацию "Тегеран", построенную на 900 квадратных метрах (!) в павильоне "Мосфильма", держали на 4 месяца дольше допустимого срока. Группа не хотела разбирать ее до показа в вышестоящих инстанциях: в случае, если могли быть даны поправки или указания по пересъемке, не пришлось бы что-то спешно достраивать.

Трудности проката

После сдачи фильма в августе 1980 года было принято решение о выпуске его в новой редакции, поскольку "изменился ряд моментов современной международной обстановки"⁸. К тому времени наши войска вошли в Афганистан. Это резко осуждалось Западом. Тогда же бойкотировались Олимпийские игры в Москве, и, надо полагать, только настойчивость западных кинопродюсеров, вложивших немалые средства в производство в картины, позволила довести дело до мировой премьеры.

Очень много споров было по поводу финала картины: матерый террорист Шернер в исполнении Альберта Филозова - должен быть наказан или нет? Консультанты настаивали, что добро всегда побеждает и преступника надо поймать. Режиссеры, однако, возражали: непойманный Шернер говорит нам о том, что международный терроризм - проблема не прошлого, а современности. И им удалось настоять на своем.

Уже в момент изготовления новой редакции было принято неожиданное решение - включить в картину песню "Вечная любовь" в исполнении Шарля Азнавура (музыка Жоржа Гарваренца), поскольку это, как говорилось в пояснении к отчетной документации, "значительно улучшит качество, расширит возможности проката фильма". Идея исходила именно от западных партнеров. Они думали о том, чем усилить советский фильм для его коммерческого успеха на Западе. Гарваренц, к слову, испытывал симпатию к Наталье Белохвостиковой, сыгравшей главную роль, и будто даже говорил: "Пусть Наташа стоит у рояля, я буду смотреть в ее голубые глаза и писать о любви"⁹.

Наконец в 1981 году картина была готова и сдана. В июле состоялась премьера. За год картину посмотрело 47,5 млн. советских зрителей. Франция встретила "Тегеран-43" куда более прохладно, очевидно, в силу изменившейся политической обстановки, но спустя несколько лет тем не менее, для этой страны была изготовлена телеверсия.

Фильм получил Золотой приз Московского международного кинофестиваля.

• _{1. РГАЛИ. Ф. 3083. Оп. 1. Д. 148. Л. 2.}
• _{2. Наумов В. Я вспоминаю // Алов и Наумов. М., 2016. С. 100.}
• _{3. РГАЛИ. Ф. 2944. Оп. 4. Д. 5225. Л. 16.}
• _{4. Там же. Д. 5225. Л. 34.}
• _{5. РГАЛИ. Ф. 2944. Оп. 4. Д. 5487. Л. 14.}
• _{6. Цит. по: Наумов В. Я вспоминаю. С. 102-103.}
• _{7. РГАЛИ. Ф. 2944. Оп. 4. Д. 5225. Л. 76.}
• _{8. Там же. Д. 5225. Л. 90.}
• _{9. Цит. по: Наумов В. Я вспоминаю. С. 107.}