За Сталиным носили чемодан с секретным устройством

Первые шифры и специалисты по их применению появились в стране при Иване Грозном. Дьякам Посольского приказа было предписано создавать "цифири" и "азбуки" для передачи сообщений послам и главам иностранных держав. Это были простые шифры, где каждый знак текста заменялся цифрой, буквой или их сочетанием. Также добавлялись "пустышки" - символы, не имевшие значения.

Секреты с морского дна

Всерьез занялись криптографией при Петре Первом. Служащие цифрового отделения не только шифровали поступающую корреспонденцию, но и взламывали секретные коды иностранных посольств. Важный вклад в развитие шифровального дела внес изобретатель электромагнитного телеграфа Павел Шиллинг, в 1818 году возглавивший цифровую экспедицию российского МИДа. Он разработал биграммный шифр, избавленный от статистической зависимости (она описана в рассказе Артура Конана Дойля "Пляшущие человечки"). Новый способ менял не буквы, а их сочетания, биграммы - причем объединяться могли символы, далеко отстоящие друг от друга.

Тем не менее к Первой Мировой войне Россия подошла без надежных военных шифров. Во время наступления в Восточной Пруссии штабы армий Ренненкампфа и Самсонова общались по радио открытым текстом, что привело к окружению и разгрому двух армейских корпусов.

Имелись у криптографов и успехи. Рядом с севшим на камни на Балтике крейсером "Магдебург" нашли сигнальные книги и другую секретную документацию, позволившую быстро взломать немецкий военно-морской код. Чтобы в Берлине ничего не заподозрили, была проведена масштабная операция прикрытия, убедившая германское командование, что шифры уничтожены.

Предшественник "ядерного чемоданчика"

Спецотдел ВЧК уже в год своего основания расшифровал код, которым пользовались немецкие дипломаты в СССР - и затем их переписка контролировалась органами вплоть до 1933 года. В 30-е заработали первые линии высокочастотной связи (ВЧ), соединившие Москву с Ленинградом и Харьковом. Даже подключившись к проводу, посторонний не мог понять, о чем говорят абоненты. Для засекречивания сигнала использовалось автоматическое устройство, получившее название "Инвертор ЕС" - по фамилиям его создателей, Егорова и Старицына. К 1941 году в Советском Союзе работало 116 станций ВЧ, а число их абонентов перевалило за 700.

"Во время войны без ВЧ-связи не начиналась и не проводилась ни одна значимая операция. В управлении войсками ВЧ играла исключительную роль, способствуя выполнению задач, поставленных командованием", - писал маршал Иван Баграмян.

Был разработан портативный вариант аппаратуры высокочастотной связи. Засекречивающий прибор СИ-15 "Синица" и абонентское устройство САУ-16 "Снегирь" размещались в чемодане, который следовал за высшим командованием при выезде в места, не оборудованные стационарной ВЧ-связью. Например, офицер Генштаба с секретным саквояжем сопровождал Иосифа Сталина на конференции в Тегеране.

Параллельно совершенствовалось и оборудование для кодирования письменных сообщений. В 1938 году начался выпуск шифровальной машины М-100. Правда, весила она 141 килограмм, а необходимые для работы аккумуляторы добавляли еще 32 кг. Через год появилась К-37 "Кристалл", по габаритам сравнимая с пишущей машинкой. За годы войны сотрудниками Восьмого управления Генштаба было обработано более 1,6 миллиона шифрованных телеграмм.

Восьмое управление ГШ ВС РФ ("восьмерка" на армейском сленге) отвечает за защиту государственной тайны до сих пор. В 2014 году на базе Краснодарского высшего военного училища имени генерала армии Штеменко создан научно-исследовательский центр - его деятельность посвящена разработке и совершенствованию криптографических технологий.