Эсперанто в судьбе арестанта

Тайный мечтатель

"Свергать или желать свержения нынешнего правит[ельст]ва для нас нет пока расчета: кто придет на место свергнутого - монархия, Временное правит[ельст]во, Учредит[ельное] собрание, личная диктатура, диктатура другой партии, оккупационное правит[ельст]во? Сейчас мы уже легализованы и можем свободно организованные подготовляться к устройству власти по нашей системе; а что нам даст новая власть, мы не знаем, может быть она нас загонит в подполье", - писал бывший полковник Александр Алексеевич Постников в черновиках, изъятых ОГПУ при его аресте 28 февраля 1925 г.¹

Готовиться к устройству власти после этого ему не пришлось.

Речь шла о необычной организации - Лиге социалистов-универсальеров, которую возглавлял этот человек. Название универсальеры - от стремления к универсальности. И действительно, некоторыми своими идеями Постников опередил время, предвосхитив глобализацию конца ХХ - начала ХХI в. Он боролся, как сам же свидетельствовал, за создание всемирного социалистического государства с единым языком эсперанто. В его будущем не должно было быть войн (поскольку не с кем было бы воевать); всё решало бы Всемирное Учредительное собрание; действовала единая международная армия; имели хождение единые деньги; не было бы нищеты; каждому бы обеспечивался минимальный жизненный комфорт; расы и народы были бы равны; гарантировались свободы личности, слова, печати, собраний, союзов, передвижения². Но борьба за эти идеалы стоила Постникову жизни.

Вождь

Он родился 23 июля 1880 г. в Ковно, в семье полковника, потомственного дворянина, окончил Псковский кадетский корпус (1897), Павловское военное училище (1899), Николаевскую академию Генерального штаба в 1907 г. и Археологический институт в Петрограде. Участвовал в подавлении боксерского восстания в Китае и в Русско-японской войне. С 29 ноября 1910 г. числился помощником заведующего обучающимися в Императорской военно-медицинской академии.

Постников считается одним из основоположников эсперанто-движения в России. В конце 1907 г. он организовал в Санкт-Петербурге общество "Эсперанто", зарегистрировав его в начале 1908 г.³ Отделения общества он открыл в Баку, Костроме, Новороссийске, Одессе, Ростове-на-Дону, Самаре, Саратове, Севастополе, Симбирске, Сызрани и Ярославле. Даже посетил Л.Н. Толстого в Ясной Поляне, заручившись его поддержкой. С 1 января 1909 г. Постников был редактором журнала "Русский эсперантист".

Организация Постникова дублировала ранее существовавшее общество "Espero", но 17 марта 1909 г. два общества объединились в "Российскую Лигу эсперантистов", которую возглавил Постников, став на некоторое время центральной фигурой российского эсперанто-движения.

Но руководства Лигой честолюбивому Постникову показалось недостаточно. Требовался мировой масштаб. В этом направлении и началась лихорадочная работа. В 1909 г. он ездил на 5-й международный конгресс эсперантистов в Барселону, где вступил в Универсальную лигу. Годом позже наш герой побывал на 6-м конгрессе в Вашингтоне.

Движение эсперантистов вызывало подозрения у Департамента полиции. В одном из жандармских документов отмечалось, что "большинство функционирующих в Европе обществ эсперантистов являются замаскированными разновидностями масонских организаций, деятельность коих отличается, несомненно, серьезным противоправительственным направлением"⁴. Власти опасались и того, что язык эсперанто может использоваться для конспиративных целей.

Триумфом 29-летнего Постникова стал Первый российский конгресс эсперантистов в Санкт-Петербурге 21-25 апреля 1910 г., на который приехал сам создатель этого языка Л.М. Заменгоф. Постников направил телеграмму императору Николаю II с выражением верноподданнических чувств делегатов, а также телеграммы новому британскому королю Георгу V и Л.Н. Толстому⁵. То есть никаким революционером он тогда не был. На конгрессе был создан русский ЦК Универсальной Лиги, председателем которого стал наш герой.

Но движению нужны были деньги, а их катастрофически не хватало. За два года на свои организации Постников потратил не менее 1804 руб. своих средств, оказавшись должен разным лицам и фирмам крупную сумму денег⁶. Отчаянное финансовое положение, по-видимому, и послужило причиной последующей шпионской истории, неожиданно завершившей блестящую дореволюционную карьеру лидера российских эсперантистов.

Торговец секретами

10 апреля 1911 г. Постникова арестовали на пограничной станции Белоостров по пути в Швецию. В чемодане арестованного оказалось секретное постановление Военного совета от 30 декабря 1910 г. о крепостях, которое он пытался вывезти за границу⁷. Документ Постников нашел в папке, присланной мужу его сестры начальнику Главного инженерного управления инженер-генералу Н.Ф. Александрову, в квартире которого жил.

Поначалу Постников придумал легенду, что якобы под руководством умершего за несколько дней до того генерала Е.Г. фон Гарфа снабжал представителей Австро-Венгрии дезинформацией и занимался разоблачением сетей иностранного шпионажа под прикрытием занятий эсперанто⁸. Однако на квартире Постникова нашли список адресов иностранных военных агентов. Также были найдены выданные в Вене чеки на его имя и установлено, что он передавал в Вену военные сведения за деньги. Улики были неопровержимы, поэтому ему пришлось признаться, что оправдания являлись выдумкой⁹. Всего с декабря 1910 г. он отправил австрийцам семь или восемь сообщений - о реорганизации крепостей; об изменении состава крепостных гарнизонов; о воссоздании и перевооружении осадной артиллерии; о заведении в казачьих и кавалерийских полках пулеметов; об увеличении вдвое пулеметных команд пехотных полков; о начале занятий авиационного отдела Офицерской воздухоплавательной школы в Варшаве¹⁰.

Арестованный провел полгода в одиночной камере Трубецкого бастиона Петропавловской крепости. Санкт-Петербургским военно-окружным судом "при закрытых дверях" Постников 22 декабря 1911 г. был приговорен к восьми годам каторжных работ за государственную измену. Как вспоминал эсперантист А.А. Сахаров, "убежден, что он действительно был человеком нервно-ненормальным, почти сумасшедшим... Я склонен думать, что это был человек, захваченный идеей всеобщего языка. Одновременно он желал обязательно быть генералом движения. Для этого он собрал армию - Русланда Лиго Эспэрантиста. ...Где же взять денег? ...Не принять ли предложения соблазнителей - военных шпионов? ...Преступление было установлено и... русский эсперантский Наполеон получил свой остров Св. Елены"¹¹.

Движение российских эсперантистов на время оказалось дискредитировано, а власти закрыли Лигу Постникова, поскольку во главе нее стоял изменник¹². Из столицы арестанта перевели во Владимирскую каторжную тюрьму, где он находился до октября 1912 г. Затем, до середины декабря 1914 г., содержался в Шлиссельбургской крепости, а после попал на каторгу в Александровский централ в Иркутской губернии, где руководил курсами эсперанто¹³.

"Жертва" царского режима

После Февральской революции 36-летний Постников вышел на свободу, а Читинским окружным судом 8 мая 1917 г. был признан политическим амнистированным. Свое шпионское дело он теперь выдавал за политические преследования царского режима. В частности, за организацию Лиги универсальеров (теперь они именовались социалистами-универсальерами)¹⁴. Чтобы замести следы, он даже стал пользоваться другой фамилией - Риданто. Его соратники также стали утверждать, что осужден он был якобы за отказ расшифровать данные об "Универсальной Лиге"¹⁵.

Летом 1917 г. он объявился в столице и был восстановлен в армии, а в канун большевистского переворота по совокупности потерянного в тюрьмах стажа должен был быть произведен в полковники (состоялось ли это производство, неизвестно).

О том, что Постников в прошлом был шпионом, не забыли и даже писали в газетах осенью 1917 г.¹⁶ Тем не менее нашему герою удавалось длительное время выдавать себя за революционера, невинно пострадавшего при старом режиме.

Оппортунист

Осенью 1917 г. Постников примкнул к большевикам. Одним из первых его заданий была доставка тела убитого генерала Н.Н. Духонина из Ставки в Могилеве в Киев¹⁷. Тогда же никому не известная Лига социалистов-универсальеров призвала отдать свои голоса большевикам на выборах в Учредительное собрание. Поскольку ленинцы уже захватили власть, это выглядело проявлением оппортунизма.

Затем Постников поступил в Красную армию. Служил по охране путей сообщения. Важнейшим для него событием стала легализация Лиги властями 29 марта 1919 г., когда было выпущено постановление Президиума ВЦИК, подписанное председателем М.И. Калининым и секретарем Л.П. Серебряковым о том, что, "принимая во внимание заявления Универсальной Лиги социалистов-универсальеров о своей полной солидарности и поддержке Советской власти, Президиум Всероссийского центрального исполнительного комитета постановляет привлечь их к работам Советской власти и предлагает всем местным органам Советской власти к Лиге социалистов-универсальеров как к организации, стоящей на советской платформе, относиться с доверием и оказывать организации необходимую поддержку"¹⁸.

Трижды арестант

Официальное признание Лиги не уберегло Постникова от череды арестов, сделавших его советскую жизнь крайне мучительной. Первый арест случился 5 июля 1919 г. в Петрограде по причине неблагонадежности Постникова¹⁹. Обвинения предъявлено не было, арестованного даже ни разу не допросили, ничего существенного не нашли и отправили в Покровский лагерь в Москву. Универсальеры ходатайствовали об освобождении своего лидера и даже обращались к председателю СНК В.И. Ленину, упомянув ссыльно-каторжное прошлое Постникова²⁰. В итоге 15 сентября того же года Президиум ВЧК постановил его освободить²¹.

13 декабря в Москве последовал новый арест. Снова никаких данных против Постникова не было. Следователь даже не смог конкретизировать обвинения, кроме общих слов о "контрреволюции". Универсальеры направили в Особый отдел ВЧК заявление, что знают арестованного "как честного партийного работника, работающего в советских учреждениях с первых дней октябрьской революции. Подозреваем, что арест вызван ложным доносом личного врага"²².

Участь арестованного предопределила записка председателя ВЧК Ф.Э. Дзержинского от 31 декабря 1919 г. о том, что Постников "не подлежит никоим образом освобождению без моего ведома. Постников как бывший австрийский шпион подлежит заключению в конце[н]трац[ионный] лагерь до окончания войны"²³. Эта резолюция интересна тем, что "железный Феликс" встал на точку зрения властей Российской империи, при том, что самих большевиков обвиняли в работе на противников России в годы Первой мировой войны. 31 января 1920 г. Коллегия МЧК приговорила Постникова к содержанию в концлагере до конца Гражданской войны. Впрочем, уже в сентябре по предложению Президиума ВЦИК он вышел на свободу.

Третий арест случился через год - 4 ноября 1921 г. Начальник 16-го специального отделения Особого отдела ВЧК С.В. Пузицкий полагал, что "пребывание на свободе старого шпиона небезопасно, ибо мотивов к производству шпионских действий у Постникова в настоящее время, пожалуй, больше, чем в старое время"²⁴. Постановлением Президиума ГПУ от 20 февраля 1922 г. Постникова осудили на два года с запретом занимать ответственные должности в РСФСР. Решение основывалось на том, что арестованный скрыл истинные мотивы своего ареста до революции. Чекисты предполагали, что под прикрытием изучения эсперанто Постников занимался шпионажем и после революции, но разбираться никто не стал. 6 мая 1922 г. Постникова, наконец, досрочно освободили. Возможно, сыграло свою роль письмо заведующего отделом юстиции Моссовета А.Я. Эстрина наркому юстиции Д.И. Курскому от 10 апреля 1922 г. о том, что никаких новых подозрений против Постникова нет, а "пролетарская власть не может и не должна так упорно поддерживать силу приговора царского судилища"²⁵.

Пуля для эсперантиста

В том же году Постников демобилизовался. Работал в Центральном клубе комсомола Сокольнического района, преподавал в Академии воздушного флота, трудился инструктором физкультуры в обществе "Красный стадион", а позднее остался безработным.

Все эти годы он продолжал думать о своей Лиге и боролся за ее официальную регистрацию. Пробивные способности его были поистине поразительны. Например, он добился того, чтобы 19 ноября 1924 г. Устав Лиги рассмотрел на заседании СНК СССР. Докладывал сам Постников, правда, в утверждении Устава ему отказали. Это и неудивительно, поскольку не за горами был его последний, пятый арест.

В своих черновиках Постников откровенно отмечал, что советская власть не является подлинно рабоче-крестьянской, но свергать большевиков универсальерам не нужно, а достаточно с ними конкурировать при свободе слова, и тогда народ сам разберет, с кем ему лучше.

Но свободную конкуренцию власть терпеть не собиралась. 28 февраля 1925 г. Постников был вновь арестован. Арестовали и еще 13 человек, включая супругу Постникова и секретаря организации Музу Постникову (Зике). В квартире Постниковых была оставлена засада, в которую попались еще множество людей, включая 4-летнего Льва Вольпе с матерью. Но, судя по всему, задержанных отпустили.

В Заключении по делу отмечалось, что Лига социалистов-универсальеров работала нелегально и являлась филиалом "международной шпионской организации, основным международным языком которой был принят язык эсперанто"²⁶. По данным чекистов, Постников вербовал в организацию бывших офицеров как основное ядро. Делалось это для организации отрядов охраны научных экспедиций на Алтай и в Монголию. В деле даже имелась схема с указанием численности такого отряда в 25 000 человек²⁷, что больше походило на подготовку вооруженного выступления, и фигурантов дела стали допрашивать именно об этом²⁸. Впрочем, даже следователь с оговорками был вынужден признать отсутствие данных о шпионской деятельности организации, но отмечал ее контрреволюционный характер и приверженность идее свержения Советской власти²⁹.

Фигуранты дела получили различные приговоры. Некоторых освободили из-под стражи, но лишили права проживания в ряде местностей, других приговорили к высылке или концлагерю на три года. Высшую меру получил только Постников. Он был приговорен Коллегией ОГПУ к расстрелу 15 июня 1925 г.³⁰ и расстрелян 19 июня. Захоронен или во дворе Яузской больницы или на находящемся неподалеку Калитниковском кладбище. Реабилитирован он в 1993 г.

Последний арест Постникова относился к периоду окончательной зачистки политического поля СССР от небольшевистских социалистических организаций³¹. В одной из справок о Постникове отмечалось, что он являлся осведомителем Иностранного отдела ОГПУ³², что в большей степени объясняет случившееся с ним в "тихие" 1920-е. В то время именно так устраняли агентов, чья миссия была завершена³³. С другой стороны, Постникова арестовывали даже чаще, чем прямых врагов Советской власти - бывших белогвардейцев. Очевидно, конкурентов (даже несерьезных, как в случае с Постниковым) на социалистическом поле большевики терпеть не собирались.

• _{1. Центральный архив Федеральной службы безопасности России (ЦА ФСБ). Д. Р-45424. Л. 199.}
• _{2. ГА РФ. Ф. 533. Оп. 3. Д. 2396. Л. 8-9; Ф. 10035. Оп. 1. Д. П-75242. Л. 60-60об.}
• _{3. Власов Д.В. Журналистика российского эсперанто-движения в XX в.: тенденции развития и типологические особенности. Дисс. ...к.филол.н. СПб., 2014. С. 45.}
• _{4. ГА РФ. Ф. 102. Оп. 246. 1916 г. Д. 102. Л. 1.}
• _{5. Власов Д.В. Журналистика российского эсперанто-движения. С. 52.}
• _{6. Сахаров А.А. Воспоминания стопроцентного эсперантиста. Перевод с эсперанто (оригинал см.: Sa?arov A. Rememoroj de centprocenta esperantisto. M., 1993). Режим доступа: https://verdalampo.info/kniga/saharov.pdf}
• _{7. ГА РФ. Ф. 102. Оп. 208. 1911 г. Д. 968. Л. 31-31об.; Ф. 10035. Оп. 1. Д. П-75242. Л. 4.}
• _{8. ГА РФ. Ф. 102. Оп. 208. 1911 г. Д. 968. Л. 33.}
• _{9. Там же. Л. 34об.}
• _{10. Там же. Л. 35. Таким образом, утверждения о сфабрикованности обвинения (Бронштейн М.Ц. Десять дней капитана Постникова. М., 2007) не соответствуют действительности.}
• _{11. Сахаров А.А. Воспоминания стопроцентного эсперантиста.}
• _{12. ГА РФ. Ф. 102. Оп. 103. 1911 г. Д. 315. Л. 7.}
• _{13. ГА РФ. Ф. 533. Оп. 3. Д. 2396. Л. 13.}
• _{14. ГА РФ. Ф. 10035. Оп. 1. Д. П-75242. Л. 19.}
• _{15. ГА РФ. Ф. 533. Оп. 3. Д. 2396. Л. 8об.}
• _{16. Res. "Универсальеры" и большевики // День. Орган социалистической мысли. 1917. № 206 (1655). 12.11. С. 1.}
• _{17. ГА РФ. Ф. 10035. Оп. 1. Д. П-75242. Л. 17.}
• _{18. Декреты Советской власти. М., 1968. Т. 4. С. 531-532. Второй вариант был опубликован в: Известия. 1919. № 81. 15.04. С. 3.}
• _{19. ГА РФ. Ф. 10035. Оп. 1. Д. П-75242. Л. 29, 50, 52.}
• _{20. Там же. Л. 39.}
• _{21. Там же. Л. 28, 56.}
• _{22. Там же. Л. 145.}
• _{23. Там же. Л. 143.}
• _{24. Там же. Л. 21.}
• _{25. Там же. Л. 4об.}
• _{26. ЦА ФСБ. Д. Р-45424. Л. 277.}
• _{27. Там же. Л. 148.}
• _{28. См., напр.: Там же. Л. 64об., 124, 125.}
• _{29. Там же. Л. 285.}
• _{30. Там же. Л. 249.}
• _{31. Боева Л.А. "Особенная каста". ВЧК-ОГПУ и укрепление коммунистического режима в годы нэпа. М., 2009. С. 144-145; Павлов Д.Б. Большевистская диктатура против социалистов и анархистов. 1917 - середина 1950-х годов. М., 1999. С. 4.}
• _{32. ЦА ФСБ. Д. Р-45424. Л. 318.}
• _{33. Ганин А.В. Свергнуть Врангеля и сдать его армию красным! // Родина. 2023. № 7. С. 107.}