Стальные глаза "Беркута": С-25 защитил Москву от ядерных бомбардировок

Система разрабатывалась для защиты Москвы от ядерных бомбардировок. Она стала настоящим чудом техники, одновременно опоздав появиться на свет и опередив свое время. Продукты советского ОПК - они такие.

С-25 подарила Москве 20 лет спокойной жизни и две кольцевые автострады, заложила технологии развития стратегических систем ПВО, которые используются до сих пор. Стоящая сейчас на боевом дежурстве система ПРО центрального района А-125 "Амур" и перспективная А-225 - прямые наследницы "Беркута": дочка и внучка, соответственно.

Создать комплекс, способный защитить столицу Советского Союза от ядерной бомбардировки, распорядился Сталин. В 1949 году он пригласил к себе генерала Куксенко, крупнейшего в СССР специалиста по радиосвязи и радиолокации.

- Вы знаете, когда неприятельский самолет последний раз пролетел над Москвой? - спросил вождь конструктора. И не дожидаясь ответа, продолжил. - 10 июля 1942 года. Это был одиночный самолет-разведчик. А теперь представьте, что над Москвой вновь появится одиночный самолет, но с атомной бомбой. Или что из массированного налета прорвется несколько самолетов, также вооруженных атомным оружием.

Опасения генсека были оправданы - после Второй Мировой войны у США остался огромный флот высотных бомбардировщиков, Америка испытала термоядерную бомбу, а начавшаяся война в Корее показала, что Соединенные Штаты не намерены отказываться от практики массированных авианалетов и ковровых бомбардировок, так удачно уничтоживших в 1944-м немецкую индустрию.

В общем, Сталин поставил задачу: создать систему ПВО, способную отразить налет на Москву 1200 вражеских самолетов. Куксенко высказался в том смысле, что решение задачи потребует усилий, соизмеримых с "атомным проектом", но возражать, понятно, не посмел.

Если в создании ядерного оружия СССР помогали американские коммунисты, а курировал его Лаврентий Берия, то для защиты Москвы от атомных бомб привлекли вывезенных из германии специалистов по точным измерениям, а в помощники Куксенко дали его же аспиранта Серго Берия, сына Лаврентия.

Противовоздушную оборону организовали в два кольца, разместив вокруг столицы 56 пусковых позиций с зенитными ракетами и многоканальными станциями наведения. Радары Б-300 оказались самым слабым звеном системы. Электроника в начале 50-х была несовершенной, трехкоординатных РЛС просто не существовало. Б-300 состоял из двух огромных антенн футуристического вида. Одна сканировала заданный сектор неба по азимуту, другая - сверху вниз и обратно. Движение обеих установок было четко синхронизировано - это позволяло находить, сопровождать и поражать цели на дальности 35 километров в диапазоне высот от трех тысяч метров до 25.

По нашим временам характеристики смешные, по меркам 1950 года - запредельные. Один комплекс мог обстреливать 20 целей одновременно, боекомплект каждой позиции составлял 60 ракет - по три на цель. Для обслуживания каждой огневой позиции требовался полк, 748 солдат и офицеров. Главным недостатком С-25 была его стационарность. Радар и пусковые установки являлись капитальными сооружениями и сами становились легкими целями для ядерного нападения.

К тому же, пока строили "Беркута", тренд сменился. Темп, в котором ВВС США теряли бомбардировщики в небе Кореи, заставил задуматься о ракетах как средстве доставки ядерных и обычных зарядов. Работавшая над С-25 команда прямо на ходу стала переделывать комплекс, закладывая в него возможность модернизации до противоракетной системы.

Ее провели в 1966 году. Увеличилась дальность обнаружения и обстрела целей, втрое возросла их скорость. Появилась возможность эффективного перехвата в помехах. Срок хранения ракеты на складе увеличился в 6 раз, на пусковой установке - в 10.

В качестве системы ПВО-ПРО Москвы С-25 "Беркут" прослужил до 80-х годов, когда его сменили современные системы ПВО С-300, работавшие в связке с мощными радарами, а вскоре на прежних позициях появились и новые "противоракетные кольца" система А-125.

Также "Беркут" послужил базой для мобильной системы ПВО С-75 "Двина", сбившей во Вьетнаме более 200 американских самолетов.