Дома без хозяев уходят не сразу. Сначала вдруг оседает угол. Следом зимой под снегом проседает крыша, как чувствуя, что незачем теперь упираться, да и укрывать больше некого. И сруб разъезжается в разные стороны, как дальние родственники после поминок. Только цветы дружно появляются каждый год под окнами, не замечая, что нет в них больше никого.

Артем Локалов
Цветы расцветают возле покинутых домов в Милюкове - по привычке.
Зарастают травой и уходят постепенно в землю старые дома. Таких изб в селе Милюково, где 180 лет назад в семье сельского священника Василия Докучаева родился сын, тоже Василий, несколько.
Сын тоже должен был стать священником - обучался в Вяземской духовной семинарии, затем в Смоленске. Бурса, как называли семинарию, была ненавистна молодому человеку. Но Докучаев, как отмечают исследователи его биографии, "был башка": несмотря на отвращение к изучаемым предметам и особенно к методам преподавания, имел блестящие отметки. Правда, успехи не спасали от "майских", как называли бурсаки свежие березовые розги. Если на протяжении учебного года учителю не к чему было придраться, то в конце года он сек ученика именно за то, что тот ни разу не был сечен.
Однако больше всего Докучаев боялся не розг, а лишения возможности поехать домой, в родное Милюково. Даже обучаясь в Смоленске, Василий подговаривал бурсаков из соседних с ним сел собрать необходимую сумму на извозчика. Погрузив пожитки на сани, отправлялись - даже в морозы - в дорогу за 200 верст...
Из Петербурга, где Докучаев в итоге оказался, домой попасть было сложнее. В столице он занимался уже любимым делом - наукой - на физико-математическом факультете Санкт-Петербургского университета. Тогда большое влияние на Докучаева оказал Платон Пузыревский - ученый-геолог, профессор минералогии.
Это Пузыревский посоветовал Докучаеву найти материал для первого исследования на родине, в Милюкове. Для этого надо было просто побродить по берегу реки Касни. На родной речке, которую тогда называли Качней и которую Василий, казалось, знал наизусть, он открыл новый для себя мир. Кости древних животных, раковины, грунт, почвы...

Потом, став одним из самых известных ученых Российской империи, Докучаев будет всегда призывать молодых ученых, студентов, учителей и учеников изучать родной край, совершать по нему путешествия. Хотя он помнил, как смеялись над ним, услышав про открытия, совершенные в Смоленской губернии, а не где-нибудь на Памире.

Именно здесь, с открытий на заросшей травой Касне, которую, идучи по полю, можно сначала и не заметить, начиналась наука почвоведение, которую основал Докучаев. Он первым начал анализировать причины засух, которые часто случались в России и приводили к голоду. По его инициативе высаживали лесозащитные полосы в полях, укрепляли овраги для удержания влаги в почве.
Ученый повторял, что засуха - явление не столько климатическое, сколько созданное неправильным ведением земледелия. Все проблемы, которые получал человек из-за засухи, как правило, он создавал себе сам.
А главным трудом всей жизни Докучаева стал "Русский чернозем", в котором ученый четко сформулировал, что это "коренное, ни с чем не сравнимое богатство России", которое "дороже всякой нефти, всякого каменного угля, дороже золотых и железных руд".
Земли вокруг Милюкова совсем не черноземные, а типичные для этих мест - глинистые, болотистые. В последние советские годы здесь проводили мелиорацию и осушение болот. Потратили большие деньги - и после распада страны все бросили. Многие поля стали зарастать лесом, но недавно один из крупных агрохолдингов занялся распашкой земель. Здесь обновили систему водоотведения в полях, вспахали их и уже собирают урожай ржи, рапса...

Самому Милюкову не дают зарасти травой окончательно, хоть здесь и не осталось местных жителей, приезжают только дачники. Каждый год тут организовывают праздник, на который собирается народ со всего района. Было время, устраивали реконструкцию боев Отечественной войны 1812 года, происходивших в этих местах. А ныне старая Никольская церковь, где служил отец Василия Докучаева, неуклонно превращается в руины. Как и несколько старых изб, которые, доживая свое, уходят без хозяев в землю.
Не сразу. Постепенно. Становясь трухой, пылью, почвой.
Почему дороже золота русский чернозем?
На этот вопрос корреспондент "Родины" попросил ответить научного руководителя Центрального музея почвоведения имени Докучаева, профессора кафедры почвоведения и экологии почв СПбГУ, вице-президента Общества почвоведов имени Докучаева, доктора сельскохозяйственных наук Бориса Апарина:
- "Дороже золота русский чернозем" - это докучаевская формулировка и она абсолютно справедлива, ведь без почвы мы никуда. У нас 98 процентов продовольствия - от земли. Современная атмосфера - это тоже результат почвообразования. Собственно, в почве и зародилась жизнь. "Почва пропитана жизнью" - это уже выражение ученика Докучаева Владимира Вернадского. Для русского человека чернозем - основа бытия. При этом проблемы с черноземами и при Докучаеве были, и сегодня остаются. К сожалению, не все так хорошо с состоянием почв. А будущее России без почвы невозможно. Это основа продовольственной безопасности. Да, будущее не за ядерным оружием, а за хлебом.
Вот говорят, мы не первый год собираем очень высокий урожай зерна - 140 миллионов тонн в прошлом году. Много вывозим за границу. Но зачем насиловать свою землю? Чтобы вывезти отсюда туда - во имя чего? Нельзя выжимать все соки из земли.

Подпишитесь на нас в Dzen
Новости о прошлом и репортажи о настоящем
