Как Александр Покрышкин придумал новую тактику воздушного боя

По результативности Покрышкин чуть-чуть отстал от советского аса № 1 Ивана Кожедуба - у того 64 воздушные победы. Но главным вкладом "белой сотки" (позывной Покрышкина по бортовому номеру 100) в историю отечественной авиации стал разработанная им тактика воздушного боя, получившая название "Метод Покрышкина".

Тактика основана на формуле "высота-скорость-маневр-огонь". Высота дает лучший обзор и преимущество в скорости при атаке сверху. Скорость делает атаку внезапной и затрудняет противнику прицеливание. На это работает и активное маневрирование: резкие смены высоты, пикирования, бочки. Они не только сбивали немцам прицел, но и сбивали их с толку - противник не мог угадать, как поведет себя советский истребитель в следующий момент. Финалом атаки становилось открытие концентрированного огня с короткой дистанции, 50 метров и менее. По авиационным меркам это - в упор.

Любимым истребителем Покрышкина стала американская "Аэрокобра", лучше всего подходившая для его тактики. Необычная центровка - двигатель у Bell P-39 находился позади кабины пилота, - делала самолет очень маневренным (хотя и норовистым, не прощавшим ошибок в пилотировании).

37-миллиметровая пушка и два крупнокалиберных пулемета в фюзеляже разносили немецкие самолеты в клочья. Еще пару пулеметов на крыльях Покрышкин распорядился снять. "Они не нужны были, балласт. По воздушным целям хватало пушки и двух крупнокалиберных пулеметов. Отказов у оружия не было", - объяснил летчик в интервью. В конце войны, когда в войска стали поступать истребители с лучшими характеристиками, Покрышкин остался верен "Аэрокобре".

На основе своей формулы Александр Иванович разработал ряд тактических приемов, помогавших одержать победу в воздушном бою. "Соколиный удар" наносился пикированием с высоты со стороны солнца, чтобы остаться незамеченным. "Ножницы" помогали избавиться от зашедшего в хвост немецкого самолета. Для этого два советских истребителя неслись навстречу друг другу. В "Кубанской этажерке" самолеты шли на разных высотах уступом. Верхние атаковали, нижние прикрывали и страховали. Если враг уходил из-под удара верхней "ступеньки", то попадал под огонь нижней. Массированный налет использовали при штурме наземных целей. Одна группа связывала истребители прикрытия, другая подавляла зенитки, третья долбила по земле.

Сбить лидера немецкой группы Покрышкин считал стратегической задачей и часто выполнял ее сам. Он понял - уничтожение ведущего деморализует противника. Часто после этого вся группа немецких истребителей разваливалась и поворачивала обратно.

Летчик не расставался с блокнотом, где разбирал каждый воздушный бой, фиксировал ошибки и удачные приемы, на ходу совершенствуя тактику. Он обучил своим приемам массу советских летчиков. 30 его учеников стали Героями Советского Союза, шестеро - дважды.

Сам Покрышкин получил первую награду, орден Ленина в конце 1941 года. Он в дождь поднялся в воздух на МиГ-3 с раскисшего грунтового аэродрома - после того, как двое его товарищей разбились на взлете, - нашел танковую группу генерала фон Клейста, потерянную советской разведкой, и на последнем литре топлива вернулся на базу.

К тому времени он уже сбил два немецких самолета, был сбит сам - зениткой, - и четыре дня добирался до своих по немецким тылам. Несколько раз летчик оказывался на волосок от гибели - однажды пуля прошла через спинку его сиденья справа налево, повредив плечевой ремень, отрикошетила и задела кожу на подбородке, залив кровью панель приборов.

В 1942 годe летчик воевал на Северном Кавказе. Поссорился с командиром полка - тот не принимал критики устаревшей тактики ВВС. После серии конфликтов Покрышкина сняли с должности и исключили из партии. А после стычки с офицерами соседнего полка в летной столовой командир отдал Покрышкина под трибунал. Спасло будущего аса вмешательство комиссара полка - Александра Ивановича восстановили и в должности, и в партии, а дело против него закрыли.

В 1943-м его авиаполк получил в Иране новую технику - те самые "Аэрокобры", - и сразу включился в жестокие бои за превосходство в воздухе на Кубани. В первом же вылете Покрышкин сбил мессершмитт. Всего во время битвы на Кубани он одержал 22 воздушные победы, а многие его ученики стали асами.

"Ребята в дивизии у Александра Ивановича были обучены его тактике. Все они были покрышкинцами со своим характерным почерком. Командир брал на себя самые опасные маневры. Чтобы деморализовать противника, он пикировал на ведущего в группе и, прорываясь сквозь огонь, сбивал его. Все огневые точки у него на истребителе были переведены на одну гашетку. В конце апреля 1943 года только в одном бою он сбил сразу пять немецких самолётов. О такой статистике у летчиков память сохраняется навечно", - вспоминали однополчане.

Знали его почерк и немцы. Предупреждение: "Ахтунг, Покрышкин!" деморализовало их не хуже его знаменитой атаки. Особенно обиден им (и почетен - нам) был тот факт, что немецких дворян, выпускников знаменитых летных школ сбивал, как ворон, выходец из бедной рабочей семьи.

Родился и вырос Александр в Томской губернии. Отец-инвалид работал ломовым извозчиком. В период НЭПа семья получила патент на галантерейную торговлю, за что в 1929-м родителей Покрышкина лишили избирательных прав. Этот факт из своей биографии будущий летчик был вынужден скрывать, а когда он все-таки выплыл - получил выговор по комсомольской линии.

Тем не менее его предвоенная карьера показывает эффективность социальных лифтов того времени. С детства увлекаясь авиацией, Александр прошел авиамодельный кружок, школу авиатехников и курсы усовершенствования технического состава ВВС. К 1938 году стал отличным специалистом, предложил несколько усовершенствований к пулемету ШКАС.

Покрышкин мечтал летать, но командование не хотело лишаться первоклассного инженера - 39 его рапортов о переводе в летную школу остались без ответа. В итоге он выучился на пилота тайком, пройдя годичную программу Краснодарского аэроклуба за 17 дней во время отпуска. Это помогло ему получить направление в Качинскую военную авиашколу, которую он закончил с отличием.

Первый воздушный бой летчика в начале войны обернулся бедой - он сбил советский бомбардировщик Су-2, перепутав его с немецким самолетом.

"Идем на задание, к нам пристраиваются два МиГ-3. Думаем, лететь с истребителями надёжнее. Вдруг происходит невероятное - один из МиГов точными выстрелами сбивает командира нашей эскадрильи и набрасывается на мой самолет. Покачиваю машину с крыла на крыло, показываю наши опознавательные знаки. Это помогло…

Спустя много лет, когда я учился в Академии Генерального штаба, рассказал об этом случае однокурсникам. В нашей группе учился трижды Герой Советского Союза Александр Покрышкин. Он попросил меня повторить рассказ.

Пересказал снова.

- Это был я, - смущенно и расстроенно заявил он.

- Шутишь, Саша?

- Да какое там "шутишь"! В начале войны я действительно сбил Су-2. Был со мной такой страшный случай, не знал самолеты Сухого, ведь они появились в частях перед самой войной, а вид у них совсем необычный - подумал, что фашист…" - вспоминал маршал авиации Иван Пстыго.

В 1945 году во время Берлинской операции Покрышкин первым взлетел с автобана - немцы свои аэродромы взорвали, а грунтовые площадки раскисли после весенних дождей. Следом за ним новый способ стали использовать все советские летчики. Этот и другие тактические приемы Александра Ивановича вошли в учебники ВВС. Кстати, американцев в небе Вьетнама наши МиГи сбивали именно по "Формуле Покрышкина".

После войны карьера прославленного летчика вновь забуксовала - на этот раз из-за конфликта с сыном Сталина, Василием. Покрышкину долго не присваивали генеральское звание и отправили служить в войска ПВО. После 1953 года все наладилось. Александра Ивановича сделали командующим истребительной авиацией Северо-Кавказской армии ПВО. Генерал осваивал новые реактивные истребители и продолжал учить молодых летчиков.

Девять лет возглавлял ДОСААФ. Написал несколько книг о войне. Умер в Москве, похоронен на Новодевичьем кладбище.