Что увидел в Москве оленевод Сэротэтто, которого пригласил миллионер Овчинников

Федор и дядя Вася, как просил называть себя Сэротэтто, приехали не утром рано да и не на оленях, конечно. Хотя в засугробленной Москве оленья упряжка была бы в самый раз. На такой Овчинников почти полвека странствовал с Сэротэтто по северу Ямала, преодолев 730 километров и дойдя до Карского моря.

Теперь Овчинников проводник у дяди Васи. Первым делом в столице они отправились на Красную площадь, ведь начинается земля, как известно, от Кремля. Затем посетили Исторический музей, отобедали в панорамном ресторане в Москва-Сити.

В редакции мы провели дядю Васю и Федора, чей отец, кстати, был известным журналистом в Сыктывкаре, по всем отделам, показали, как верстают "Российскую газету", где делают журнал "Родина". А потом усадили оленевода Сэротэтто в кресло главного редактора, чтобы перевести дух и пообщаться.

- Много интересного увидел. Приеду домой - и там по полочкам разложу и расскажу всем об этом, - говорит наш гость.

До этого он был в Москве единственный раз в 2002-м году и то проездом.

- Тогда нас приглашали в Финляндию на конгресс оленеводов мира - обмениваться опытом. Были люди из разных стран, даже арабы. Хотя оленей у них нет, - говорит дядя Вася.

А у 72-летнего оленевода в стаде аж три тысячи голов, при том, что начинал он с 76 оленей.

- С отцом рыбу ловили, обменивали на оленей, - рассказывает Сэротэтто.

Отлучиться от такого хозяйства обычно нет времени.

- Но я был и в Якутии, и в Китай звали - там тоже олени есть. Но не поехал, потому что самый важный момент был - отел у оленей, - говорит Сэротэтто.

Некоторые сыновья работают с отцом, один из них - ветеринар. А всего у дяди Васи шестеро сыновей и одна дочь.

Миллионер Федор Овчинников, который решил "посмотреть на мир под другим углом", за пять месяцев стал для семьи Сэротэтто как родной.

- Федор к нам не напрашивался, - объясняет дядя Вася. - Просто само собой так сложилось. Получилось так, что он приехал, пока мы не тронулись в путь. Федор ведь не первый, кто к нам приезжает. Кто-то на две недели. А один человек, швейцарец Теодор, тоже на пять месяцев приезжал. Долго с ним работали. Переводчика не было - и ничего страшного.

Оленевод Сэротэтто подопечного миллионера Овчинникова хвалит: тот сам научился всему. И вообще дядя Вася его не воспринимал как туриста. Он был своим.

- Был случай: однажды внук запряг упряжку, мы тронулись в путь, а Федора забыли. Километра через два вспомнил о нем - обернулся, а Федор едет, сам упряжкой правит. Он хорошо учился. А я инструкцию всем всегда даю. Нет, не печатную, конечно. На словах, - смеется дядя Вася.

Он - позитивный человек. Общаться с ним одно удовольствие. Можно сыграть в шахматы и шашки. Но выиграть - вряд ли.

- Играю в шахматы с компьютером на телефоне и выигрываю. И на соревнованиях, которые проходят в округе и в Тюмени - тоже, - скромно рассказывает Сэротэтто.

Но с кем же ему проще жить - с людьми или оленями?

- С людьми, конечно, - отвечает дядя Вася. - Без людей пасти оленей не сможешь. Хотя я с животными обращаюсь, как с людьми. Ведь и олень подойдет - будто бы тоже разговаривает. Но оленей нужно направлять: чтобы второй раз на выеденное место не пошли, например. Для этого надо две рабочих собаки как минимум. Старого-то я Федору отдал - он меня сразу узнал, как я приехал.

Старый - это пес по кличке Сэвок. В какой-то момент тот посчитал Овчинникова своим хозяином, стал везде ходить следом. Так и уехал с Федором в Москву.

Сейчас Сэвок радуется снегу - в прошлом году в столице его толком и не было - и приезду прежнего хозяина.

- У нас этой зимой снега тоже больше, чем в прошлом году: высота покрова 70 сантиметров, - говорит дядя Вася, выйдя на запруженную машинами улицу Правды. - Есть у нас снегоходы, но основной транспорт пока - олени. И одежда. И еда. Всё - олени…

Да, вся жизнь дяди Васи - это олени. Скоро он вернется к ним на свои бескрайние белые просторы. А мы сверстаем в "Родине" заметку, как у нас гостил дядя Вася - эту технологию он теперь тоже знает.