Старшина Николай Жужома: одиннадцать пуль в одного

Долги Юрия Лепского - Геннадий Бочаров о друге, строки которого украшают каждый номер "Родины"

Колокол звонит по тебе, был убежден Эрнест Хемингуэй

Десант на кишлак Дила: история одного из последних ЧП перед выводом войск из Афганистана

Почему уже сорок лет не уходит из памяти короткая встреча на таежном кордоне

Дальнему Востоку не занимать мужества - он богат неломкими людьми. Об одинокой жительнице тайги Ефросинье Кононовой знали на побережье многие. В бухте, носящей женское имя - Ольга, даже рассказали подробности. Все они, однако, оказались неправдоподобными

Константин Симонов: У войны как минимум две правды

Константин Симонов: "У войны как минимум две правды. Правда первая: в годы войны погибло 9 миллионов советских людей. Правда вторая: в годы войны погибло 22 миллиона советских людей"

Звездный час. Воспоминание о первом эшелоне БАМа

Апрель 1974 года. 600 бойцов - студентов отряда прямо из Кремлевского дворца съездов - едут на Восток. На вагонах спецпоезда метровыми буквами: "Даешь БАМ - магистраль века". Энтузиазм пассажиров - в песнях, звоне гитар, в стремительных перемещениях из вагона в вагон

Записки пациента о целебной силе памяти, фронтовых ранах и невоевавших врачах

В первый день 2022 года опубликован Указ Президента России о награждении медработников и врачей за вклад в борьбу с коронавирусной инфекцией и самоотверженность при исполнении профессионального долга. Два года эти героические люди - на передовой, о них не раз писала "Родина". Подборку ко Дню защитника Отечества редакция посвящает воинам в белых халатах

Я не поверил себе, услышав в трубке звонкий молодой голос Оли из 1941 года

"Родина" продолжает вести рубрику, начатую в год 365-летия воссоединения России и Украины и напоминающую про общее прошлое двух братских народов. О военном детстве на Донбассе рассказывает журналист Геннадий Бочаров

Прохоровцы. Истории людей, возвращавших к жизни искореженное войной священное поле

Прохоровская земля до сих пор перемешана с осколками и кусками брони. Перед войной Иван Рязанов попал под трактор. Из больницы вышел калекой. Когда бои откатились на запад и танки растащили с пахотных земель, Рязанов снова сел за рычаг трактора. И перекошенный, но прочный, как коленвал, пахал поле еще почти 40 лет подряд